После полудня мы миновали ничем не обозначенную и потому преступно не замеченную мною границу эльфийских земель и двинулись по человеческим, то есть по иллиатадовым владениями. Шэр завывал в корзине так жалобно, что я не выдержала и выпустила его на дорогу. Щенок пришел в неописуемый восторг и со счастливым лаем понесся куда глаза глядят, опережая лошадей. Я встревожилась, в памяти была еще слишком свежа встреча со зверем-миражом, но Ариан успокоил меня заверениями о совершенной безопасности этой дороги отчасти из-за ее оживленности, отчасти из-за редкости зверей-миражей — их шкура показалась красивой не только мне, поэтому этих тварей активно истребляли для изготовления кошельков, заколок, тонких поясов и прочей дребедени.
Но попутчиков у нас и впрямь сильно прибавилось — и в сторону эльфийских владений, и к человеческим городам двигались одиночные всадники, пары, тройки, а то и целые караваны путешественников, возбуждавших во мне сильнейшее любопытство и интерес. Многие из них людьми не были, и мне стоило огромных усилий не пялиться на них так уж откровенно, не выворачивать шею им вслед и не обсуждать громогласно со своими спутниками достоинства и недостатки внешности и расовой принадлежности встречающихся нам созданий. До обеда успев наглядеться на гоблинов (низкорослых созданий с ярко-зеленой безволосой кожей и неприятными красными глазами), орков (высоченных, похожих на шкафчики тварей с грубыми голосами и отвратными манерами), гномов (совершенно человекообразных, разве что низких, едва ли мне по пояс, существ) и на огромное количество всевозможного народа в разнообразных нарядах, я присмирела до того, что уже даже не подскакивала в седле и не оглядывалась, только издавала восхищенный ах или ох при виде очередной путешествующей диковинки этого странного мира. Мои сопровождающие только улыбались, наблюдая мой искренний восторг и интерес, и напоминали заботливых родителей, вывезших в первый раз на природу единственную обожаемую доченьку и теперь от души наслаждающихся многочисленными гениальными открытиями крохи вроде того, что вся трава, оказывается, зеленая, но разных оттенков, а у пауков по восемь ног.
Единственным происшествием, отметившим первую часть этого удивительно мирного и неспешного день, было письмо, полученное Арианом. Уже после обеда, когда мы проезжали через изумительно красивую некошеную луговину, до самого горизонта испещренную крупными, яркими цветами, раздался негромкий хлопок, словно кто-то щелкнул кастаньетами, и в подставленные с готовностью руки светловолосого рыцаря из на мгновение помутившегося и задрожавшего воздуха упал небольшой пергаментный свиток, перевязанный хорошенькой розовой ленточкой.
— Что это? — удивилась я, разглядывая чуть желтоватую бумагу и кокетливый бантик послания.
— Это… — Ариан покраснел так стремительно и густо, что я испугалась, как бы с ним припадок или удар не приключился, — это письмо…
Правда?! Надо же, а я-то думала, что это ему холодильник по Интернету прислали!
— Угу! — Эло выпрямился в седле и смотрел подчеркнуто вперед, не допуская даже косого взгляда в сторону послания.
— А от кого? — мягко поинтересовалась я, с любопытством посматривая на ленту из розового шелка, стягивающую эпистолу, и оттиск печати на восковой кляксе — кистеухая рысья голова с цветком ромашки в зубах. Рыцарь раскраснелся еще пуще. — Если не хочешь, не говори! Только не ври, что это от твоего старого боевого друга!
— Ну отчего же… Это письмо от моей невесты леди Миларэлины.
— Экое у нее имечко заковыристое… Мне аж стыдно за свое простенькое прозвище, надо было, похоже, выбрать такое, чтобы все языки ломали, — вслух подосадовала я. — А откуда это письмо взялось? Не из воздуха же выпало?
— Именно из воздуха! — с жаром взялся за мой ликбез Эло. — Телепортация, как таковая, возможна лишь по отношению к некрупным неживым объектам, к получателям, находящимся в относительной близи от места отправления — в радиусе двухсот-трехсот верст. Таким образом передаются письма, небольшие предметы — драгоценные украшения, деньги и прочая мелкая ерундистика. Сие действо требует услуг опытного мага и стоит немало, но вполне себя оправдывает — послание безошибочно находит своего адресата и получается им в тот же миг, как исчезает со стола перед чародеем.
— Да-а? — задумчиво протянула я, поглядывая на рыцаря, полностью ушедшего в чтение эпистолы. — Так, выходит, у тебя богатая невеста, Ариан?
— Что? — Он поднял от письма одурело-счастливое лицо и тупо покивал, глядя на меня совершенно отсутствующими глазами. — А… Да-да, принцесса… Вы правы…
— Он вообще слышал, что я спросила? — ангельски спокойно и тихо поинтересовалась я у криво ухмыляющегося эльфа.
