К счастью, мужик, доведенный до белого каления моими увертками и песнопениями, совсем потерял голову и ринулся в прямую атаку, подняв мечи ревя не своим голосом. Тэрриэт иронически блеснула в солнечных лучах, я уловила откровенную насмешку и сомнения в умственной состоятельности нашего соперника — по мнению нираты, он выбрал самую провальную и глупую тактику из всех возможных. Я ей ответить ничего не могла по причине скудости знаний и недостатка опыта, поэтому полностью положилась на свой Кровный клинок — он-то наверняка знал и с готовностью подсказывал, что делать. Я красивым пируэтом ушла в сторону, одновременно подставляя ногу, о которую соперник туг же с величайшей готовностью споткнулся и ничком повалился на землю, Я поставила ему на спину ногу и уперла лезвие Тэрри в основание шеи:
— Ты убит!
Толпа взревела. Радостное возбуждение в глазах многих зрителей смешивалось с негодованием, плоды которого мне вскоре пришлось пожать:
— Да они ж сговорились заранее! Виданное ли дело, чтобы этакая пигалица подобного бугая завалила! да сговор это и обман! Подстава!
Я убрала ногу и спокойно помогла мужику встать. Еще и заботливо отряхнула его, совершенно обескураженного и растерянного, от пыли. Потом подняла над головой Тэрри и крутанулась на одном месте. Перекричать такую возбужденную толпу, когда каждый высказывает свои мысли и чувства, не слишком интересуясь мнением соседа, было непросто, но я очень старалась:
— Послушайте, люди! Пусть те, кто считают, что бой постановочный, выйдут и сразятся со мной один на один! Сумейте же отстоять собственное мнение! Покажите, что способны не только глотки драть и нападать на беззащитных девиц! Ну! Кто следующий?!
Народ слегка припух от такой откровенной наглости, но потом, посовещавшись, выдвинул вперед изящного длинноволосого парня, небрежной грацией движений тут же напомнившего мне Эло. Присмотревшись к нему, я, все более настораживаясь, заметила чуть заостренные уши и зеленовато-голубые глаза. Кажется, он полукровка, если такое вообще возможно. Хотя почему нет? Парень был чересчур изящен для человека, но в то же время слишком откровенно отличался от эльфов, которых я успела навидаться в Городе-под-Кленами. Я посерьезнела — эльфа в честной борьбе мне не одолеть. Кроме того, у него есть преимущество — этот мальчик уже видел мою манеру и стиль боя. Но, может быть, полукровка будет не столь стремителен и не так хорошо обучен, как эльфийский принц? Потом парень, у которого не оказалось с собой меча, перебросился парой слов с моим поверженным бывшим соперником и, похоже, получил его клинок во временное пользование. Я успокоилась — хороший опытный воин никогда не выйдет в бой с незнакомым мечом — и мысленно обратилась к Тэрри: «Наверное, нам с тобой придется что-нибудь поменять в нашем поведении, этот мальчик явно не полезет в безрассудную атаку». Моя нирата ласково нагрелась в руках, словно утешая и подбадривая. Ничего, прорвемся. В конце концов нас двое!
Парень и впрямь учел печальный опыт своего предшественника и в нападение не бросался, также, как и я, предпочитая провоцировать, а не начинать атаку. Мы медленно закружились по утоптанной площадке, зорко следя за каждым движением противника в надежде подметить оплошность. Я упреждающе повела Тэрриэт из стороны в сторону, демонстрируя серьезность намерений. Парень чуть сощурил нечеловечески огромные глаза, прикидывая расстояние между нами, и слегка кивнул своим мыслям. Он, памятуя о безрассудных атаках моего первого противника, старался не допускать подобных ошибок и, легкий, стремительный, способный поддерживать мой быстрый темп, вполне вероятно, сумел бы меня здорово вымотать, а то и вообще победить, если бы не укоренившийся в его душе предрассудок — девушка не может, ну просто не имеет права хорошо сражаться с мужчиной! Это ненормально, противоестественно и уж явно идет вразрез со всеми законаi4и, божескими и человеческими! Но что поделать, если моим любимым занятием всегда было расшатывание устоев и ломка стереотипов!
Я, поняв, что на атаку его не вызвать, сама перешла в нападение и, парируя ниратой, которую держала правой рукой, левой выхватила из голенища сапога натну. Появление еще одного острого предмета в руках соперницы сильно осложнило парню жизнь. Он отвлекся на серебристый блеск «вилки», и я не преминула этим воспользоваться, сминая его не рассчитанную на удвоенное количество вооружения защиту. Тэрриэт замерла в каких-то миллиметрах от горла незадачливого вояки, я скользнула к нему в тыл и слегка потыкала остриями натны в спину.
— Сдавайся!
