Но парень так просто проигрывать какой-то девке явно не собирался. Он двинул меня локтем в живот и шарахнулся в сторону, одновременно выбивая из рук натну. Теперь противник стал еще осторожнее, не зная, чего от меня ожидать и на всякий случай готовясь к явлению еще какого-нибудь колюще-режущего предмета. Но у меня подобных козырей ни в рукавах, ни в сапогах не имелось, поэтому пришлось отбиваться тем, что осталось, — Тэрриэт. Впрочем, было бы намного хуже, если бы парень ухитрился выбить у меня из рук нирату — без нее я беспомощна, как новорожденный котенок. Черт с тобой! Я, прикинув расстановку сил, отразила его осторожное нападение и тут же сама перешла в атаку, которую парень довольно умело погасил и уже изготовился к нападению сам, но тут по иронии судьбы наступил на валяющуюся чуть ли не в центре площадки натну. Моя «вилка» в лучших традициях подлых банановых и апельсиновых шкурок на асфальте добросовестно опрокинула парня на землю — только пятки сверкнули в воздухе. Таким подарком судьбы грех было не воспользоваться. Я мигом оказалась рядом с поверженным противником и для верности наступила ему на живот, одновременно поднося кончик Тэрри к нервно пульсирующим на шее артериям.
— Ты убит!
Похоже, эта фразочка становится моей любимой. А интересно, я сама смогла бы вот так зарезать поверженного человека, если бы он реально угрожал моей жизни?
Я, не убирая ноги, обвела притихших зрителей тяжелым взглядом исподлобья:
— Ну, есть еще желающие на своей шкуре доказать, что эти бои не постановочные? Я жду! Где жены, сомневающиеся в моих умениях?
Но, несмотря на столь пламенные призывы, желающих биться больше не нашлось. Я спокойно забрала у букмекера свой выигрыш, обогатившись без малого на пятьдесят золотых монет, выплаченных, правда, серебром и медью, и поспешила в свою комнату, стремясь скрыться как от почитателей, так и от откровенных недругов, просадивших на ставках слишком большие деньги.
Все самое интересное в жизни — развратно, криминально или ведет к ожирению.
Ксенон
Когда в коридоре раздались дикие, нечеловеческие вопли, сопровождающиеся ударами в дверь моей комнаты, я вмиг забыла, что я бесстрашная воительница, только что одолевшая двух мужиков в честном бою, перепугалась до полусмерти, сползла с подоконника, на котором сидела, и, тихонько подвывая от ужаса, попыталась забиться под кровать, активно делая вид, что меня здесь нет. Боги, пошлите мне лопату, я закопаюсь сама! Но спрятаться не получилось — во-первых, бушующий под дверями Эло не стал ждать, пока я соблаговолю открыть, и попросту снес их с петель, а во-вторых, тепленькое местечко под кроватью было занято — я сама, не сильно напрягаясь с разбором вещей, затолкала туда сумки с барахлом. Кроме того, там засел Шэр, при первых же грозовых раскатах злобных воплей эльфа забившийся под постель так, что наружу остался торчать только мелко трясущийся хвост.
— Это еще что такое?! Психованная остолопка!
Ой… Кажется, Эло уже просветили насчет моих подвигов во дворе… Иначе с чего бы такой пафос и такие крики?!
— Ненормальная девка! — Эльфийский принц в бешенстве схватил меня за ноги и одним рывком выдернул из моего ненадежного убежища.
Я, испугавшись за целостность костей, не сопротивлялась и позволила ему подобрать себя с пола и ругать уже в лицо. Вырваться не представлялось возможным, как оправдываться, я не знала и потому просто кивала, понадеявшись, что показная покорность утихомирит Эло.
— А если бы тебя убили?!
Я в качестве ответа покаянно чихнула ему в лицо. А что поделаешь, нанюхалась пыли под кроватью, похоже, там год никто не убирал. Да кто б меня убил-то? Уж скорее я сама при желании вполне могла бы прикончить излишне самоуверенных мужиков, упорствовавших в замшелых предрассудках о своем превосходстве над женщинами.
— Идиотка! Дура! Совершеннейшая кретинка!
Я не могла вставить в свою защиту ни единого слова — эльф схватил меня за плечи и немилосердно тряс, как яблоню по осени. Поэтому оставалось только жалобно хлопать глазами и клацать зубами, пытаясь осторожно вырваться из цепких ручонок принца.
— Безголовая, самоуверенная бестолочь!
