Принцесса или ведьма полностью

– Комната Красоты, – шепнула Агата, затем заметила, что место Софи пустует.

Тедрос тоже это заметил. Он оглянулся, и она поймала взгляд его больших голубых глаз.

Эстер и Анадиль побелели, всё поняв.

– Добро пожаловать на Вечер Талантов!

Все ученики повернулись к сцене. Там стоял белый волк, а рядом с ним парила фея.

– Сегодня мы увидим десять дуэлей в порядке очереди, – прогремел он. – Десятый всегдашник покажет свой талант, за ним – десятый никогдашник. Директор школы наградит победителя и публично накажет проигравшего.

Ученики с интересом завертели головами, ища Директора взглядом. Волк фыркнул и продолжил:

– За ними выйдет девятая пара, потом – восьмая, и так далее, вплоть до первой. После завершения Вечера Талантов тот, кого Директор школы сочтёт наиболее достойным, получит корону талантов, и его школа получит в своё распоряжение Театр Сказок на следующий год.

Школа Добра закричала «ОН НАШ! ОН НАШ!»

Школа Зла не отставала: «БОЛЬШЕ НЕТ! БОЛЬШЕ НЕТ!»

– Если здесь нет учителей, это ещё не значит, что вы можете вести себя как животные, – прорычал волк. Феи согласно зазвенели крылышками. – Я не постесняюсь и надавать тумаков парочке принцесс, чтобы поскорее отсюда уйти.

Девочки-всегдашницы ахнули.

– Если у вас есть вопросы, держите их при себе. Если вам нужно в туалет – придётся наделать в штаны, – сказал волк. – Потому что двери закрыты, и Вечер Талантов начинается прямо сейчас.

Агата и Тедрос вздохнули с облегчением. Эстер и Анадиль – тоже.

Потому что сегодня среди участников не будет Софи.

Школа Добра выиграла первые четыре состязания, и никогдашникам пришлось вытерпеть наказания Директора школы. Броун начал икать, и изо рта у него полезли бабочки. Глаз Арахны выскочил, и она вслепую гонялась за ним по всему театру. Острые уши Векса выросли до размера слоновьих. Невидимый судья Вечера Талантов, похоже, испытывал немалое удовольствие, наказывая школу Зла.

Погасла ещё одна свеча-лебедь школы Зла, и Агате стало плохо от волнения. До неё осталось всего три дуэли.

– Какой у тебя талант? – толкнула её локтем Кико.

– Наносить макияж – считается? – спросила Агата. Ей до сих пор было неловко, что мальчишки-всегдашники не могут отвести от неё глаз.

– Неважно, как они смотрят на тебя, Агата! Ни один принц не пригласит ту, что проиграет состязание Злу!

Агата оцепенела. В её затуманенном разуме кружилась сразу тысяча мыслей, но лишь одна из них была важна. Если никто не пригласит её…

Её отчислят.

Агата часто задышала и взглянула на сцену. Ей срочно необходим хоть какой-нибудь талант.

– Поприветствуем Равана из школы Зла! – воскликнул волк, и феникс, вырезанный на сцене, засветился зелёным.

Раван смотрел большими чёрными глазами из-под сальных чёрных волос на зевающих всегдашников, которые готовились увидеть очередное слабенькое проклятие или услышать злодейский монолог. Он кивнул своим соседям по комнате; те достали из-под скамеек барабаны и начали отстукивать на них ритм. Раван прыгал с одной ноги на другую, затем добавил к этому энергичные жесты руками, и никогдашники увидели, как один из их лучших злодеев…

– Танцует? – уставилась на него Эстер.

Барабанный ритм становился всё быстрее, Раван всё громче топал, а его глаза приобрели зловещий красный оттенок.

– Красные злодейские глаза, – пробормотал Тедрос. – Какая свежая мысль.

Но потом послышался громкий треск. Поначалу все подумали, что это звук от ног Равана, но потом увидели, что на самом деле это его голова – вторая голова, выросшая рядом с первой. Он ещё раз топнул, и выросла третья голова, затем четвёртая и пятая, и в конце концов на его шее появился тошнотворный ряд из десяти голов. Барабаны уже оглушали, шаги ещё ускорились, и Раван спрыгнул со сцены, сел на шпагат, высунул десять разбухших языков, и его объяло пламя.

Никогдашники вскочили на ноги и громко зааплодировали.

– Ну что, кто сможет лучше? – презрительно сказал Раван. Когда дым рассеялся, на плечах у него снова была всего одна голова.

Агата заметила, что волки, охранявшие школу Зла, отнеслись к номеру с равнодушием, а вот феи возбуждённо жужжали. «Может быть, они делали ставки на результат?» – подумала она и снова сосредоточилась на своём отсутствующем таланте. Никогдашники показывали всё более сложные магические номера, и, в отличие от всегдашников, выигравших свои дуэли, она не умела ни размахивать лентами, ни обращаться с мечом, ни зачаровывать змей. Как ей доказать, что она добрая?

Агата почувствовала, что Тедрос снова смотрит на неё, и у неё сдавило грудь. С самого начала она думала, что для неё счастливый конец – это возвращение домой с Софи. Но она ошибалась. Счастливая концовка ждет её здесь, в волшебном мире. С её принцем.

Как же далеко она ушла от своего домика на кладбище.

Теперь у неё есть своя история. Своя жизнь.

Тедрос не сводил с неё глаз. Они светились надеждой, словно, кроме неё, в мире больше никого нет.