– Мира, милая, ну что ты так завелась? Потом поговоришь с ним и объяснишь, что такое поведение недопустимо в сестринстве, но спокойно. Я ни разу не видела, чтобы ты так выходила из себя. И кричишь… нет, ты орёшь, как больная, из-за секса Рафаэля, да ещё и бранные слова используешь, – Сиен поворачивает меня к себе. Издаю тихий стон и хнычу от бессилия. Да, я могу пойти к Оливеру и насолить Рафаэлю, выложить всё о том, как он приставал ко мне, даже как целовал меня, пытался склонить к большему. Но… всё потухает, так быстро и так резко выскакивает из меня, словно душа сворачивается маленьким одиноким клубочком, скуля от неприятного чувства ревности и измены.
– Не понимаю, тебя злит то, что Рафаэль трахается или то, что трахается не с тобой?
– Что? – Выдыхаю я и передёргиваю плечами, сбрасывая руки подруги. – Ты с ума сошла? Как ты, вообще, додумалась до этого? Как тебе в голову такое могло прийти? Я и он? Да я ненавижу его всем сердцем! Я желаю, только чтобы он сдох! Я ненавижу Рафаэля так сильно, что готова сама взять нож и зарезать вместе с его потаскухой! Как ты допустила мысль, что я хочу его?! Его? Эту разрисованную макаку? Этого урода с кучей проблем? Алкоголика и наркомана? Господи! Иисусе!
– Хм, переигрываешь, – подавляя смех, замечает спокойно Сиен.
Поджимаю обиженно губы и, вновь издавая стон, падаю на постель. Запускаю пальцы в волосы и жмурюсь.
– Значит, ты ревнуешь, – делает она вывод и садится рядом со мной.
– Заткнись, – шепчу я, надавливая пальцами на виски.
– Это немного весело, прости. Но я ни разу не видела тебя в таком состоянии. На самом деле я даже думала, что ты не умеешь ничего чувствовать, даже кричать, как и ругательств не знаешь. Оказывается, нужен был только один разрисованный, наглый, немного грубый и похотливый, плохой парень, отличающийся всем от Оливера, точнее, его полная противоположность, чтобы заставить тебя испытывать такие яркие эмоции. Как всё просто, – продолжает она и чуть ли не смеётся.
– Заткнись, – повторяю я и, поднимая голову, падаю на кровать спиной.
Сиен ложится рядом, облокачиваясь на согнутую руку.
– Мира, это нормально, – заверяет она меня.
– Нормально? Так вести себя это нормально? Да ты послушай, Сиен, он даже не стесняется. Эта сука тоже не стесняется так громко орать, как будто он её режет. Свинья чёртова. Это ненормально. Он захлопнул дверь перед моим носом. Он… он послал меня, Сиен! Меня. Ты можешь в это поверить? – Жалобно делюсь с ней.
– Ну, насколько я поняла, он до этого предложил тебе присоединиться, а ты отказалась, – подавляя улыбку, отвечает она.
Бросаю на девушку злой взгляд.
– Открою тебе секрет, Мира, все здесь занимаются сексом. Девяносто восемь процентов точно будет трахаться через час или уже это делает. Ты к ним не относишься, ты в числе двух процентов.
– Но… но ты считаешь, что он поступает хорошо? То есть Рафаэль имеет право притащить сюда какую-то шлюху и так демонстрировать на весь дом свои свободные нравы? – Возмущаюсь я.
– Нет, он же не в сестринстве, Мира. Он просто парень, а они редко думают головой в этом возрасте. Белч так, вообще, каждую минуту хочет секса.
– Ты оправдываешь Рафаэля? – Приподнимаясь, изумляюсь я.
– Нет, Мира, нет. Я даже убеждена, что в скором времени Рафаэль будет корить себя за ошибку, потому что считаю, что он специально занимается сексом под твоим носом для того, чтобы заставить тебя ревновать. И ему это прекрасно удалось, ты мечешь гром и молнии, дорогая, так что его задумка идеально сработала с тобой, – пожимая плечами, Сиен садится на кровати.
– Но это же неправильно. Я не должна… я… не ревную, только оскорблена таким поведением, – мнусь, отводя от неё взгляд.
– Мира, может быть достаточно? Да, возможно, зачастую я глупа, и у меня нет того, что есть у тебя, но умею замечать изменения в людях. Особенно, в тебе. В прошлом году, сначала я считала тебя зазнавшейся стервой, пока ты не вытащила меня из колодца. Помнишь, что сделала Саммер? Она ударила меня и бросила за городом, потому что Беата предложила место в сестринстве мне, а не ей. Ты узнала и приехала за мной. Вытащила меня оттуда. Ты не смогла остаться в стороне, потому что другая. И я попросила тебя вступить со мной в сестринство. Ты мне помогла пережить «Адскую неделю». Да и мне так стыдно за то, что я ударила тебя. Я не хотела, но так получилось, за что тоже виню себя. Я испугалась, Мира. Я на секунду увидела в тебе Беату и решила, что всё… вот он конец. Твой конец, мне было страшно за тебя. А потом Белч мне всё рассказал, и про то, что в пицце был наркотик, как Рафаэль находился рядом с тобой и помог. Скажи, разве, это не показатель того, что между вами что-то происходит? – Девушка нежно убирает с моего лица волосы, и я поворачиваюсь к ней.
– Почему вы не вместе? Ты и Белч? Меня никогда это не волновало, но сейчас… Сиен, почему ты не с ним, раз влюблена в него? – Тихо спрашиваю подругу.
Она горько приподнимает уголок губ и тяжело вздыхает.
– Из-за тебя.
– Но… я же не была против? Мне абсолютно всё равно, кто с кем встречается. – удивлённо шепчу я.
