– Нет, не в этом дело. Не хочу, чтобы ты подумала, что я бросила тебя и поменяла на Белча. Не знаю… просто, мне кажется, что ты снова почувствуешь себя одинокой, как всегда. Ну и всё это… эта власть меняет девушек, да ещё и Саммер с её загонами. Я боюсь, Мира. Боюсь, что мы снова вернёмся в ад. Боюсь начинать что-то официальное с Белчем, потому что вижу тебя и Оливера. Раньше ты хотя бы улыбалась искренне рядом с ним, у него был шанс стать ближе, но ему этого не нужно. И я не желаю, чтобы ты разрушала себя и, смотря на меня и Белча, разочаровывалась в себе. Не могу это объяснить и точно подобрать слова, но я считаю, что могу как-то помочь тебе, как и ты помогла мне.
Наверное, я всё же эгоистична, потому что никогда не видела в Сиен девушку, с которой можно поговорить на глубокие и жизненные темы. Да, она знает обо мне больше, чем другие, но всё равно стену я не стирала между нами. А сейчас, слыша, как Рафаэль развлекается, я чувствую себя жалкой и подавленной, но вот Сиенна рядом, и мне легче. Но я тоже опасаюсь доверять полностью. Я тоже боюсь боли от предательства.
– Будь с ним, Сиен, это, наоборот, покажет мне, что существует настоящее среди нас. Что не все такие уродливые и отвратительные, какими я их вижу. Пожалуйста, не отказывайся от своего шанса из-за меня, – беру её руку и слабо сжимаю в знак одобрения. Сиен поднимает на меня голову, в её глазах блестят слёзы.
– И ты не злишься за то, что я ударила тебя?
– Нет, я всё понимаю. Возможно, я бы сделала так же. Обстоятельства порой заставляют нас поступать жестоко, но лучше так, чем обманчивое восприятие дружбы и верности. Лучше пусть будет один раз больно, чем потом раскаиваться за доверие к тому, кто этого никогда не был достоин, – мягко улыбаюсь ей.
– А как можно понять: достоин ли человек доверия, как не методом проб и ошибок, Мира? Нельзя же сразу увидеть его насквозь.
– Поэтому я выбрала другое – никому не доверять, – грустно усмехаюсь.
– Но так тоже нельзя, Мира. Ведь мы сейчас в том возрасте, когда должны совершать ошибки, проживать неприятные моменты и самые запоминающиеся минуты радости и счастья. Такого больше никогда не повторится, мы выпустимся в большой мир, где больше ни встретим разных людей, не сможем попробовать нечто неожиданное и новое, потому что это вызовет негодование у общества. Жить нужно здесь и сейчас, Мира, а не потом. Потом, возможно, никогда не наступит, особенно с таким ходом мыслей, как у тебя.
– Если ты сейчас намекаешь на то, что мне следует узнать Рафаэля, то даже не заикайся. Ты же видишь, какой он, и… нет, – прищуриваюсь я, замечая, как она ловко уводит меня в сторону от себя и Белча к этому уроду.
– Ну почему? Господи, Оливер тебе каждый день изменяет, и ничего. Рафаэль решил заняться с кем-то сексом, так всё – он казнён за это. И кстати, на измены Оливера, а он твой официальный парень, ты не реагируешь так, как на парня, который тебе даже не принадлежит, и не имеешь на него никаких прав. Получается, что именно Рафаэль может показать тебе новое, и… ладно, я это скажу, – грозится Сиен.
– Не смей, – предупреждаю её, вырывая руку и указывая на неё пальцем.
– Ты никогда не любила Оливера и не будешь любить. Ты с ним из-за чувства благодарности и долга. Оливер козёл и мудак, считающий, что навечно привязал тебя к себе тем, что был твоим первым. А ещё он тупой балбес, за которого сдают все экзамены его братья. И ты заставляешь себя быть с ним, только бы не позволить себе влюбиться в другого, к примеру, в Рафаэля. Но ты уже влюблена в него и теперь должна бросить Оливера, потому что он больше тебе не нужен. Всё, я это сказала, – на одном дыхании произносит Сиен.
– Фуф, даже легче стало, – широко улыбаясь, добавляет она.
Закатываю глаза и цокаю.
– Ты влюблена в Рафаэля, и все эти ваши прогулки по Женеве, вчерашний эпизод, и о многих я не в курсе, доказывают то, что он тебя привлекает, и ты хочешь попробовать быть с ним, но не решаешься из-за каких-то глупостей, которые надумала себе. А вот Оливер, как Колизей. Стоял сотни лет и ещё постоит, ничего с ним не сделается, только фотографии нормальные от него можно ожидать и то не всегда.
– Сиен, но это бессмысленно. Даже если и так, то Оливер прекрасная возможность стабильного будущего. Никаких эксцессов, никаких эмоций, ничего, спокойствие и размеренное дыхание. А Рафаэль, это как американские горки. Он то целует тебя, уверяя, что чувствует многое, то потом тащит в свою постель какую-то дрянь и трахает практически на твоих глазах. То называет тебя маленьким и чёрствым кусочком хлеба, без которого он жить не может, то потом легко берёт все свои слова обратно, прикрываясь алкоголем и травкой от Белча. И я выбираю Оливера, с ним я всегда знаю, чего ожидать и никогда не испытаю боли, потому что он мне безразличен, – подскакиваю с кровати, доказывая Сиен, что её слова абсолютно ничего не значат. Они пустые, как и мои мысли.
– Что? Рафаэль тебя целовал? – Шокированным шёпотом переспрашивает она.
Я что, это вслух сказала?
– Эм, нет… оговорилась…
