– Нет… да, но я солгал. Твоя героиня никуда не делась, она продолжает изводить героя своим отрицанием чувств к нему. И пусть это лишь комикс, но в реальной жизни ты для меня тоже главная героиня моей судьбы. Я не могу отказаться от тебя ни там, ни здесь. Я не буду отказываться, потому что уверен, вместе мы сможем бороться. И ты не можешь лишить меня сюжета, Мира. Это мой заработок, честный заработок, – мне кажется, он обвиняет меня в моём решении, что вызывает внутри бунт и обиду.
– То есть, я нужна тебе только как прототип? И, к слову, я видела твои зарисовки. Ты оставил их на столе.
– Ты копалась в моих вещах? Да и плевать. Я рад, потому что так ты видишь, как всё происходит в моей голове. Как ты поступаешь и не хлопаешь дверью. Как я успеваю схватить твою руку, чтобы убедить – я здесь, и никуда не денусь, как бы ты этого ни желала. И я постоянно говорю тебе о том, что чувствую. Думаю, это честно по отношению к тебе. Вот ты, когда увидела своё имя в переписке с Белчем, прочитала всё. Так и я вижу своё имя в тебе, Мира. Оно горит в твоей голове, оно освещает тебя, и я хочу знать, что ты думаешь на самом деле, а не ложь, которую пытаешься выдать за правду. Это и ломает нас. Тебя и меня. Скажи мне, прошу, кто я для тебя? Развлечение или человек?
Какой же он упрямый, господи. Он настолько жесток ко мне сейчас, что я больше не могу. Злость помогала мне весь день, как и страх за него, держаться подальше и убеждать себя в правильно принятом решении. А вот в эту минуту, когда его глаза сверкают ожиданием и силой, а темнота создаёт что-то очень странное во мне, я сдаюсь.
Медленно подхожу к нему, и мои руки обхватывают парня за талию. Утыкаюсь носом в его плечо, вдыхая аромат спиртного и прохлады.
– Обними меня, мон шер. Просто обними меня, я так больше не могу, – шепчу, крепче сжимая его талию. Может быть, я поступаю плохо, позволяя себе быть изнывающей от невозможной близости с Рафаэлем. Но как только он обнимает меня, целует в волосы и чуть ли не ломает суставы, боясь, что всё разрушится, тепло протекает по моему телу с головы до ног очень мучительно. Долго. Прекрасно.
– Девочка моя, ты нужна мне так же сильно, как и я тебе, – тихо говорит он, а я просто тону. В своих мечтах, в его руках, в его нежности, в его запахе. Это всё неправильно, я знаю. Он не моё будущее, а я не его. Но в один миг мысли подобного рода становятся лишними. Я хочу чувствовать себя не нуждающейся в ком-то, а нужной кому-то. И если я имею шанс хотя бы на недолгий период увидеть, что такое настоящая жизнь, то я должна пройти этот путь. Должна, как бы страшно ни было.
– Я не могу выражать правильно своих чувств, мон шер. Когда я совершаю что-то подобное, то потом всегда больно. Но мне так хорошо, мне так уютно рядом с тобой. И все мои точки это лишь попытка избежать наказания за чувства. Я ведь всё это видела, а ты нет. И у меня есть основания отвергать тебя, даже если твоё имя прожгло мою кожу, – поднимаю голову на него.
– А говорила, что не умеешь выражать чувства. Мира, если нас сломают, то это ничего страшного, поверь. Меня ломали не раз, но я ещё стою на ногах. Возможно, я многого не знаю в этой жизни, но хочу узнать. Так помоги мне защитить нас обоих от страданий. Помоги мне понять, насколько опасно будущее, и мы выстоим вместе. Просто говори со мной, прислушайся немного ко мне, и мы сможем выбраться, – пальцами бережно дотрагивается до моего лица, словно он влюблён. Может быть такое? Не знаю, но я вижу это в его глазах, я дышу этим, но пока не готова предстать перед ним той, кем являюсь на самом деле. Рано. Слишком рано, и страшно мне.
– Я ставлю точку, Мира. Значит, их уже две. Твоя очередь, – добавляет Рафаэль.
– Тогда многоточие, да? И что будет дальше не важно, – шепчу я.
– Ни капли не важно для них, а мы с тобой найдём выход. Если даже и нет, то тогда уже и будем думать, отчаиваться и переживать. Единственное хорошее, что я вынес из всей своей жизни – не упускай момент, не позволяй себе отказываться от того, что вызывает у тебя радость. Так вот ты, Мира, сейчас моя радость, только не бросай всё, когда станет страшно. Передай мне это, и я справлюсь за нас обоих. Надеюсь, что у меня всё получится, – Рафаэль опускает голову и нежно целует меня в губы. И день, кажущийся ужасным, превращается в самое яркое воспоминание во всей моей жизни. Да каждое появление Рафаэля в ней вносит краски, не чёрно-белые, какими он рисует, а ослепительные. И мне льстит, нет, я безумно рада, что моя героиня до сих пор присутствует в его работе. Теперь я хочу узнать продолжение истории, ведь сама могу подсказать сюжет.
– Значит, у меня есть ещё один шанс? – С надеждой спрашивает Рафаэль.
– Есть, но больше не лезь к Оливеру. С ним я разберусь сама, – слабо кивая, отвечаю ему.
– Я не лез…
– Да, ты защищался. Знаю, Рафаэль, знаю. Лучше скажу – не провоцируй его. Так понятней?
– Ладно. Обещаю даже не смотреть на него, – закатывает глаза, а затем возвращает свой взгляд на меня, но уже более игривый.
