– Что? – Он поднимает голову на меня.
– Нет. Не делай этого. Он сам виноват. Я просила его быть аккуратнее, не унижать меня так. И это моя плата за каждое обидное слово и сотни мыслей о том, что проблема во мне. Я не согласна, мон шер, с твоими выводами. Ты. Я хочу тебя. Я выбираю тебя и твоё решение. Не удаляй это видео, пусть разверзнутся небеса, это должно было произойти, и сейчас самое время, – уверенно говорю я, замечая удивление в потемневших серо-зелёных глазах, а затем восхищение.
– Уверена? – Недоверчиво переспрашивает Рафаэль, поднимаясь со стула.
– Абсолютно. Апокалипсис меня не пугает больше. Ничто не пугает. Признаюсь, что это странно так, и мне не по себе. Я всегда его прикрывала, но сейчас… я счастлива. У меня есть шанс официально найти причину, разрушить отношения и быть свободной. Хочу праздника. Хочу праздника с тобой. И пусть Оливер теперь сам разбирается, я больше не собираюсь быть прикрытием. Только…
Рафаэль накрывает мои губы своими. Его голод настолько явственный, что пробуждает и мой. Плевать, что происходит за окном. Плевать, что позже начнётся паника. Плевать на всё, есть только его рот и руки, блуждающие по моему телу и притягивающие к себе.
Мои пальцы опускаются ниже по его торсу и находят кромку футболки. Подхватываю её и тяну вверх. Губы размыкаются только на секунду, чтобы снять с него одежду. И снова встречаются, врываясь друг в друга жаркими и горячими языками. Халат падает с моих плеч. Поцелуи опускаются ниже, а я откидываю голову, наслаждаясь звуками.
– Да, да, мон шер… я хочу тебя. Хочу эту ночь только для нас, – выдыхаю я, когда он ласкает языком сосок, затем другой.
– Если бы знал, что это даст старт нам с тобой, то давно бы снял порнушку Оливера на видео, – хрипит он, сжимая руками груди, и сводит их вместе.
– А если нашу, Мира? Если снять нас с тобой? То, как ты стонешь… как открываешься для меня и себя. И будем трахаться под неё. Повторять каждый звук и перекрикивать их, – от его фраз у меня сносит крышу. Так и представляю огромный телевизор, в котором мы с ним, а на кровати тоже мы. Чёрт, это возбуждает сильнее любых картинок.
– Ты готова? – Рафаэль, выпрямляясь, поднимается ко мне и обхватывает моё лицо горячими ладонями.
– Да, точно да. Сегодня, и пусть весь мир подождёт. Хочу тебя, Рафаэль. Хочу многоточие вкусить. Покажи мне, – киваю ему.
С довольным рычанием он целует меня. Обнимаю его за шею и прижимаюсь торчащими от возбуждения сосками к его груди, ощущая такой контраст внутри. Его обнажённое тело настолько прекрасно. Он весь прекрасен, как и рот, как и руки, подхватывающие меня за талию, и несущие к кровати.
Рафаэль опускает меня, не размыкая губ, его ладони касаются рёбер, отчего мои мышцы играют под руками, посылая пульсирующий огонь между бёдер. Приподнимает голову, и наши взгляды встречаются. На секунду. Удерживает его и языком играет с соском. Это так порочно и настолько же сводит с ума. Жмурюсь от ярких точек, собирающихся во мне, и выгибаю спину, наслаждаясь его медленными поцелуями ниже. Ниже и ещё ниже. Его пальцы пробегаются по трусикам. Вздрагиваю, хватаясь за простыни. Господи, он же не будет…
– Рафаэль, – выдыхаю его имя, ощущая, как игривый язык вырисовывает круги на животе. Он снимает с меня трусики и отбрасывает их. Открывая глаза, приподнимаюсь на локтях. Я хочу это видеть. Это мой первый чёртов раз, когда кто-то наблюдает за мной и касается губами клитора, посылая дрожь в колени и приятное потягивание в пояснице.
– Господи, как хорошо, – шепчу я, пока его язык разводит половые губы и попадает в дырочку. Мои бёдра танцуют, не в силах лежать спокойно. Голова запрокидывается назад, и я могу лишь учащённо дышать, а он трахает меня языком. Именно трахает, а пальцами теребит пульсирующий клитор.
– Я не могу больше, мон шер, иди ко мне, – взмаливаюсь, падая на кровать. Его губы отстраняются, и лицо Рафаэля, с горячими от возбуждения глазами появляется перед моим.
– Ты просто чертовски вкусная, Мира, такая тугая… я хочу разорвать тебя. Хочу войти в тебя, но…
– Сделай это… сделай это, пожалуйста, – судорожно шепчу я. Нахожу застёжку на его джинсах и расстёгиваю пуговицу, затем молнию, касаясь твёрдого члена. Господи, он будет во мне. Во мне всё это.
– Я хочу потрогать, хочу узнать его, – приподнимаясь, целую Рафаэля губы, а он шипит, когда моя рука забирается под кромку его трусов и обхватывает дёрнувшийся ко мне член. Какой же он горячий. Какой шелковистый. Чёрт, да он прекрасен. Не понимаю, почему раньше я этого не замечала.
– Ещё. Води ладонью вверх-вниз, – сквозь поцелуи, словно не дышит. И я с наслаждением ласкаю его, насыщаясь тихими и хриплыми стонами Рафаэля. Ему так хорошо, а мне ещё лучше. Я чувствую себя какой-то особенной сейчас, какой-то другой. И мне мало.
– Мира, остановись… подожди, – он отбивает мою руку и хватает обе, поднимая их над головой, а губы исчезают с моих. Глотаю кислород задыхаясь.
– Презерватив, сейчас, – он быстро чмокает меня в губы и поднимается. А мне плевать. Я не пью таблетки, не предохраняюсь, но хочу чувствовать его в себе.
