Я запутался. Я так сильно погряз в своих мыслях, в этих сплетнях, в словах, услышанных от разных людей, от эмоций, что не могу думать разумно. Это подобно потоку в голове. Он бурлит. Подминает под себя, и нет сил, чтобы противостоять. Я видел их. Видел, и мне немного страшно. Нет, не от физического воздействия, а от вынужденного подчинения других и их власти над ними. Мира, может быть, действительно, в опасности, а Оливер ничего не сможет сделать. Чёрт… вот же чёрт. Нападение. Она говорила про него. Вдруг, правда? Вдруг им не понравилось то, что она бросила Оливера и выбрала меня? И они сделали то, что посчитали нужным, чтобы показать ей – они рядом и уничтожат её в любой момент, если она не исправит ситуацию.
Господи, чем больше я развиваю эту тему, тем сильнее страх растекается по венам и отравляет кровь, как и рассудок. Я должен найти Флор, пока всё не стало ещё ужаснее, чем есть уже сейчас. А затем обсудить всё с Мирой.
Залетаю в основной корпус общежития и поднимаюсь в лифте на четвёртый этаж. Нахожу нужную комнату и ударяю кулаком по белоснежному дереву.
– Флор, немедленно открывай! – Кричу я, тарабаня по двери.
– Немедленно, иначе я вышибу её! Ты там, я знаю!
Замираю прислушиваясь. Ничего. Снова делаю попытку и уже пинаю дверь. Сейчас Флор для меня враг номер один. Только она была там и могла видеть нас. Но мотивов этого поступка даже придумать не могу, если только её не заставили. Если это так, то я смогу помочь и ей, и Мире понять всю ситуацию и найти выход, но подозревать девушку без причин не имею права.
Замок поворачивается, и едва открывается дверь, как я врываюсь в тёмную комнату с закрытыми шторами и удушливой вонью от перегара. Меня сейчас вырвет. Мало того, что меня уже трясёт от собственных мыслей, так ещё и это.
– Раф? Ты что… что случилось? – Хриплый голос Флор раздаётся за спиной, и я поворачиваюсь, отмечая смятую постель, разбросанные вещи, в которых я видел её вчера. Поворачиваюсь и приподнимаю брови от увиденного. Флор выглядит ужасно и явно сонная ещё.
– Мы вчера с девочками перебрали алкоголя в баре в Женеве. Гуляли до утра, и мне так плохо, даже на занятия не смогла пойти. Меня рвёт. Больше не буду пить, это моё первое похмелье, – жалуется она и подходит к кровати, падая на неё и сжимая голову руками.
– И во сколько ты вернулась?
– Около шести, что ли… не помню, – пожимает плечами. Так, фотографии были опубликованы в пять часов тринадцать минут. Даже если Флор и была пьяна, то она могла это сделать. В аккаунт можно войти с любого телефона.
– Как ты могла? – Цежу я.
– Я… эм, ну я решила попробовать и…
– Как ты могла это сделать, Флор? Я же доверял тебе! Зачем ты это сделала? Ты видела меня и её, да? Ты специально подошла ко мне и тянула время, чтобы Мира заметила тебя! Зачем? – Ору я, подлетая к девушке и насильно поднимая её.
– Что? Я не понимаю, о чём ты говоришь. При чём здесь, вообще, Мира, Раф? Я спала и, наверное, что-то пропустила, – мямлит она, обдавая меня ужасной вонью изо рта. Она, правда, пила.
– Не строй из себя дуру, Флор. Единственный человек, который вчера видел меня в кафе это ты. И только ты могла сфотографировать нас с ней. Да, ты напилась, но это не даёт тебе никаких послаблений. Зачем ты это сделала? Кто тебя заставил? Тебе лучше рассказать мне всё, и я помогу. Я смогу найти вариант, чтобы избежать наказания, потому что Мира очень зла, и если она догадается, что это ты, то уничтожит тебя, – отпускаю Флор и ожидаю, когда до её накачанного алкоголем мозга дойдёт смысл моих слов. Я стараюсь пока дружелюбно решить всё, но девушка ни черта не понимает. Хлопает ресницами, и выражение её лица говорит мне о том, что она или хорошая актриса, или же, действительно, здесь ни при чём.
– Прости, Раф, но я… ты можешь объяснить мне всё нормально, потому что я, если честно, ещё не проснулась, голова болит, а во рту словно кошки нагадили. Хочу пить и подохнуть от своего состояния. От твоего крика у меня ещё больше на виски давит, как и на лоб, – она массирует голову, и на несколько секунд мне становится её искренне жаль. Пока я не вспоминаю те взгляды старших, которые до сих пор стоят перед глазами, и в моей голове не появляется Мира и её слова, её глаза и, вероятно, разрушенные отношения между нами.
Копаюсь в сумке и достаю свой новый телефон, который вчера мы тоже успели купить с Мирой, хотя она была не довольна моим решением. Конечно, он не такой навороченный, как «Айфон», но так я проявил доказательства всех своих заверений. Нахожу статью, а на сайте уже новая про меня и Оливера с не менее гадкой подписью, что глава братства разрешил мне трахаться с Мирой и, возможно, сам присоединиться к нам. Господи, что за грязь. Как, вообще, такое можно писать? Я старался убежать от всего этого, а оказываюсь в эпицентре.
Тяжело вздыхая и проклиная эти грёбаные слухи, передаю телефон Флор с открытыми фотографиями. Она подходит к светильнику на тумбочке и включает его.
