Авер настойчиво предлагал ей потереть спинку, но тут Нори оказалась непреклонна. В отчаянии даже быстро придумала, под каким предлогом заставить его выйти: попросила сделать ей некрепкого чая. Он намёк понял и всё-таки откланялся, а когда спустя десять минут вернулся, завёрнутая в полотенце Янорина уже стояла на небольшой картонке, служащей здесь ковриком, и явно раздумывала, как бы добраться до двери по холодному бетонному полу.
У Снежка подобных дилемм не было. Он просто подхватил Нори на руки и понёс в спальню. А вот уже там, усадив на постель, вручил ей чашку с чаем и вышел, дав своей принцессе возможность одеться.
За окнами стояла глубокая ночь, хотя из-за посветлевшего неба Нори не была в этом уверена. Она сейчас вообще соображала с трудом. Губы уже болели от поцелуев, но жаждали ещё и ещё.
Они с Авером целовались уже очень долго, кажется, начиная с того момента, как легли в эту постель. Иногда он покрывал поцелуями её шею, спускался к декольте, до границы лёгкой маечки, и снова возвращался к губам. А когда принцесса уже окончательно потеряла голову от происходящего, от дикого желания получить большее, он коснулся губами мочки её уха и шёпотом спросил:
— Что ты мне позволишь?
— Тебе — всё, — выдохнула она, не узнавая свой голос.
— Всё? Как заманчиво звучит, — почти промурлыкал он в ответ. — Тогда не пугайся и не мешай мне. Понятно?
— Ты хочешь…
— Я же сказал, что далеко не зайду. А получать удовольствие, моя солнечная, можно по-разному.
Он чуть отстранился, потянул Янорину за руку заставляя сесть, а потом ловко стянул с неё майку.
— Доверься мне, — попросил, поймав её испуганный взгляд. — Больно тебе точно не будет.
Легко уложив Янорину обратно на подушки, он снова поцеловал её в губы, а потом неспешно опустился ниже. И вот теперь Нори стало понятно, что наслаждением, действительно, можно пытать. Казалось, едва губы Авера накрыли вершинку её груди, принцесса словно перестала существовать в пределах этого мира. Растворилась в космосе, превратилась в миллионы частичек, разбросанных по вселенной. И каждая из этих крупиц млела от наслаждения.
Позже, когда Снежок целовал её живот, Нори умудрилась немного прийти в себя, но чем ниже опускались его поцелуи, тем сильнее она напрягалась. А стоило ему чуть сдвинуть вниз её шорты вместе с трусиками, и принцесса запаниковала.
— Нет. Не нужно, — выдохнула, уже представляя, что может последовать дальше. — Прошу тебя… — она попыталась отползти назад, но упёрлась в изголовье кровати. — Не губами… там. Я не вынесу… этого…
Он же только улыбнулся и, вернув девушку на место, улёгся с ней рядом.
— А я и забыл, что ты у меня очень подкована… в теории, — проговорил он, легко коснувшись её скулы. — Ладно, как скажешь, солнечная. Отложим на другой раз. А пока…
И он снова поцеловал её. Нежно, чувственно. И в этом поцелуе сквозило такое откровенное желание, что Янорина снова забыла и кто она, и где находится. В себя же пришла только почувствовав, что наглая рука Авера лежит между её ног… к счастью, хотя бы поверх одежды. Когда же он начал медленно поглаживать её там, Нори неожиданно для себя расслабилась. Разомлела и даже начала двигать бёдрами ему навстречу. Но когда та же рука вдруг попыталась пробраться под бельё, Янорина мгновенно напряглась, сдвинула ноги, попыталась убрать эту наглую конечность с того места, где ей точно было не место. Но Авер ей не позволил.
— Детка, — прошептал ей в губы. — Не артачься.
— Я не хочу! — заявила она решительно.
— Хочешь, — бросил он, самодовольно улыбнувшись. — Просто не доверяешь мне. Да?
— Нет. Доверяю, просто…
— Тогда давай проверим границы твоего доверия.
И пока она не успела испугаться, он зафиксировал одной рукой её руки, а вторую направил под бельё. И если поначалу Нори ещё дёргалась, то вскоре просто замерла, ловя каждое движение наглых, но таких приятных пальцев.
— Видишь, это не страшно, — сказал он, неожиданно убрав руку. А нависнув над Нори, спросил: — Мне продолжать? Или ты до сих пор категорически против?
— Продолжай… — сказала она шёпотом, чувствуя при этом, что краснеет.
— Тогда, доверься. И не переживай, — и, стягивая с неё шорты вместе с трусиками, добавил: — Просто расслабься. Хорошо?
Теперь она была с ним в постели… совершенно обнажённая. На её теле не осталось ни единого клочка ткани. А вот сам Авер снял с себя только футболку, штаны же снимать, кажется, вообще не планировал. И этот факт ей совершенно не нравился.
— Я голая, а ты — нет. Это нечестно, — заявила она, прервав поцелуй.
— Если я разденусь, то могу не сдержаться, — с самым серьёзным видом пояснил Снежок. И даже добавил: — Я и сейчас удерживаю себя в рамках лишь благодаря мысли, что завтра… может, даже уже меньше чем через сутки, получу тебя целиком всю. Без ограничений. Но для этого, солнечная, ты должна научиться мне доверять.
— Я доверяю, — ответила она, глядя ему в глаза.
— Вот сейчас и проверим.
