Девушки смотрели друг на друга. Их разделяло всего каких-то полсотни шагов, и Алана даже не удивилась, что незнакомке удалось подъехать к ней со спины и незаметно. Потом всадница подняла руку, и Алана увидела у неё в руке револьвер, совсем как в старых американских вестернах. Поднеся дуло ко рту, незнакомка (опять же, как ковбои из этих самых вестернов), задумалась на секунду, и демонстративно сдула с него невидимые остатки пороха. Ангел был явно удовлетворён удачным выстрелом.
Когда-то давно, когда Алане было лет восемь или девять, и отец ещё не забрал её и не превратил в бесплатную няньку для младшего сына, она услышала, как бабушка говорит по телефону одной из своих подруг:
— Это судьба. От неё не уйдёшь, она и за печкой достанет.
Алана ничего не поняла и спросила у бабушки, кто это — Судьба, и как это она достанет за печкой? Бабушка слегка замялась (наверное, сомневалась, стоит ли разговаривать с внучкой о таких вещах), но потом всё-таки ответила:
— Судьба, Аланочка, это то, что на роду тебе написано. И как ты не пытайся от неё бежать, всё равно она тебя настигнет, рано или поздно. Вон, муж Антонины Карповны, — бабушка кивнула на телефон, — всю жизнь проработал пожарником. Жизнью рисковал, людей вытаскивал из огня. А умер, знаешь как?
— Сгорел? — полюбопытствовала Алана.
— Утонул! — развела руками бабушка. — Такая нелепая смерть… в речке, которую с детства знал, как свои пять пальцев. Вот и… судьба!
Алана призадумалась. Бабушкин рассказ подтолкнул её к новому витку фантазий (а воображения ей всегда было не занимать). Судьба представилась ей в виде костлявой старухи в грязных лохмотьях и с длинной клюкой, которой она вытаскивала из-за печки всех, кто пытался там спрятаться. Весь день Алана рисовала себе эту картину, а к вечеру спросила у бабушки, можно ли эту самую судьбу, ну если не обмануть, то хотя бы как-нибудь уговорить? Бабушка удивлённо поглядела на неё поверх очков.
— Аланочка! Да зачем тебе всё это?
Алана ничего не ответила и ушла в свою комнату. А ночью проснулась от собственного крика — во сне за ней, угрожая клюкой, гналась старуха-Судьба, а вместе с ней — утонувший муж Антонины Карповны, которого она никогда не видела, но, тем не менее, сразу узнала по торчащим изо рта и ушей водорослям. И нигде, как на грех, не было ни одной печки, за которой можно было бы спрятаться.
******
Как ни странно, но именно эту историю из детства она вспоминала, наблюдая со смешанным чувством страха и восторга за приближающейся всадницей. "Конь бежит, земля дрожит. Из ушей дым валит, из ноздрей пламя пышет…".
Хотя, на самом деле, конечно, всё было совсем не так. Ангел Смерти, или как его, то бишь её, там, подкатил к ней неторопливой трусцой, потому что наверняка знал, что бежать его жертве некуда. Ну, и правда, куда оно денется — это бревно, застывшее на месте с выпученными от изумления глазами?.. Конь остановился в двух шагах и нетерпеливо забил копытом землю, а Алана в страхе отпрянула. Вблизи чёрный красавец — скакун оказался ещё выше и мощнее — настоящий атлет лошадиного мира. Впрочем, она уже начала привыкать к тому, что животные, обитавшие в этом Раю, были на порядок крупнее тех, из обычной жизни.
А вот девушка, спрыгнувшая со спины коня, оказалась с Аланой одного роста и комплекции, да и возраста они, пожалуй, были примерно одинакового. Довольно миловидная девушка, можно даже сказать — красивая. Длинные волосы, густые и такие же чёрные, как грива её коня. Кожа светлая, нежная и чистая, как у младенца. Черты лица правильные, быть может, рот чуть широковат, но это её совершенно не портило, даже наоборот. Уголки губ чуть приподняты, отчего казалось, что девушка вот-вот засмеётся. Подбородок с ямочкой, аккуратный нос, практически идеально ровный. И маленькая хрустальная бусинка в носу.
Но самым удивительным на её лице были глаза — два огромных сияющих сферолита цвета яркой бирюзы в обрамлении пушистых чёрных ресниц. Можно было только догадываться, сколько мужчин навсегда и безвозвратно провалилось в этот омут.
Сейчас эти глаза оказались на одном уровне с её собственными глазами. И внезапно Алана испытала странное какое-то чувство… Зависть, что ли?
