— В романе с жертвами дьявола действительно происходят большие перемены. Например, Жорж Бенгальский прекращает работу в театре Варьете, поэт Бездомный перестает писать. Все люди, пострадавшие от свиты Воланда, вели недостойную жизнь, полную пороков и искушений. Это своего рода наказание за прожитую жизнь.
— А если человек все-таки совершил плохой поступок, — задумался Артем Крид. — У него есть шанс, что его простят?
— Конечно, всегда нужно надеяться на лучшее, — заверила Кира Анатольевна.
— И какое же злоключение совершил ты? — смеясь, спросил Артема Вадик Гульчевский.
— Отвали, не твое дело! — огрызнулся Крид.
— Прекратить нарушать дисциплину! — пришла в себя Кира Анатольевна и продолжила вести урок. — Так на чем это я остановилась? А! Так какими же силами надиктованы страницы романа? Над этим вопросом вы подумаете дома, а затем мы с вами напишем практическую работу на эту тему.
По классу прошелся недовольный гул. Кира Анатольевна одним стуком указки прервала «бунт» и хотела было продолжить, как совершенно неожиданно прозвенел звонок. Ученики быстро вскочили со своих мест.
— Дома дочитываем первую часть романа «Мастер и Маргарита», — в суматохе успела вставить свое слово учительница, однако ее уже никто не слушал…
— Как-то быстро прошел урок, — сказала Аня, записывая в дневник домашнее задание.
— На контрольной еще быстрее покажется, — пообещал Ермолаев.
— Особенно если ты Славка, — усмехнулся на задней парте Баширов.
— Федя, не неси чушь, — осадил его Слава и, посмотрев на свою соседку, которая бодро собирала свои учебники в сумку, спросил, — Ты куда? У нас еще один урок в этом кабинете. Или ты решила сбежать пока не поздно?
— Я не знала, — пожала плечами Аня.
— Опять русский. С Кирой Анатольевной.
— Два урока с ней?
— У нас практически всегда так. Привыкнешь, — подбодрил ее Ермолаев. — Я отойду ненадолго. Надеюсь, ты сможешь хотя бы две минуты посидеть одна?
— Конечно, иди, — ответила Аня и молча, уставилась на тетрадь по русскому языку, обложенную в белый тетрадный листок.
— Привет, — сказал ей Дима Москаленко, присев на место Ермолаева. — Я Дима.
Аня обернулась на его голос и замерла. Он был настолько симпатичен, что она не сразу нашла, что сказать. Карие глаза Димы смотрели на нее прямо, уверенно.
— Привет, — улыбнулась она, заправив рыжую кудрявую прядь волос за ухо.
— Я тут подумал, ты в классе новенькая и никого здесь не знаешь. Я бы мог помочь тебе, если что.
— Спасибо, конечно, но мне это уже Слава пообещал.
— Ермолаев? — переспросил Дима. — А он тебе кто?
— Двоюродный брат, — соврала Аня.
Дима Москаленко воровато обернулся и тихо шепнул:
— Хорошо, что не родной.
— Что ты сказал? — посмотрела на него Аня.
— Да так сущий пустячок. Может тебя после уроков до дома проводить? — ответил он, улыбаясь.
— Не стоит, — отмахнулась она. — Меня Слава до дома проводит.
— Ермолаев так Ермолаев, — пожал плечами Москаленко. — Я не против, вот только он тебе не…
— Все сказал? — спросил Слава, подойдя к Диме сзади.
Москаленко нагло ухмыльнулся и, повернувшись к своему противнику, ответил:
— Какие-то проблемы?
— Уйди на свое место, — попросил его Слава, кивнув в сторону его парты, где скучающе сидела Лина.
Ничего не сказав, Дима Москаленко встал со стула и прошел за свою парту.
— Ты зачем это сделал? — возмутилась Аня.
— Тебе не надо с ним дружить, — ответил Ермолаев.
Юлиана не понимала, почему он так негативно отреагировал на то, что Дима предложил ей прогуляться после школы. Но спрашивать его об этом не стала.
Прозвенел звонок. Все вернулись на свои места. В класс вошла Кира Анатольевна…
— И зачем ты к новенькой подходил? — тихо спросила Лина у Москаленко.
Дима продолжал молчать, водя ручкой по тесту и медленно проставляя цифры.
— Дима, ты оглох? — раздраженно сказала Гвоздич, пнув под партой его ногу.
— Ай, — еле слышно воскликнул он, когда острый каблук впился ему в щиколотку. — Ты бешеная что ли? Больно же!
— Ну, прости, не думала, что ты такой чувствительный, — обиделась на него девушка.
— Лина, отстань, — сказал ей Дима.
— Нет, ты мне скажи, чем она так тебя заинтересовала?
— Ну, — подумал он. — Не знаю. Она смелая, с чувством юмора, красивая.
— А как же ты за полчаса успел в ней разглядеть это чувство юмора? — спросила Лина.
— Не мешай, — отмахнулся от девушки Дима, продолжив решать тест.
Лина молча, проглотила ком обиды. Ну, надо же! И что он нашел в этой новенькой? Красивая, веселая, смелая…Эти слова врезались ей в голову с такой силой, что Лина была готова скрежетать белоснежными зубами. Повернувшись в сторону Нечаевой, она презрительно посмотрела на нее. Обычная девица с противным цветом волос.
— Рыжая, — подумала про себя Гвоздич, и от этой мысли ей стало так хорошо на душе, что она удовлетворенно повернулась и положила голову на плечо Димы.
— Убери, — раздраженно шикнул Москаль.
Лина резко выпрямилась и посмотрела на парня широко распахнутыми глазами. Вот это поворот! А раньше ему нравилось, когда она так делала, особенно перед одноклассниками. Что же случилось? Гвоздич еще раз посмотрела на Аню. Нет, эта новенькая точно доставит ей кучу неприятностей…
