- Хорошо, - кивнул Том. - Клер означает "светлая". Это и видно по твоим волосам. И по лицу тоже. Я никогда таких девочек не видел.
- Каких? - спросила принцесса с тревогой - неужели что-то во внешности выдает ее?
- Ну... не знаю, словами не объяснишь. Ты как будто светишься изнутри. Значит, все принцессы такие?
- Да ладно тебе, - усмехнулась девочка. - Не знаю, что ты там увидел. А вот типичных принцесс я встречала на приемах - ничего хорошего не заметила. Все эти Леи и Падме - кривляки и ломаки, капризные сплетницы, а уж трусихи - каких свет не видывал. Тьфу! Терпеть их не могу!
- Ну, а у нас все девки почти такие же, как взрослые бабы, - грустно вздохнул мальчик. - Целыми днями только и играют в дочки-матери. Спорят, сколько детей у каждой будет. Готовятся в профессиональные пердуньи.
На сей раз принцесса даже не обратила внимания на грубое слово, сознавая, какая горечь в нем заключена.
- Смотри, как интересно получается, - вдруг улыбнулся он. - Я Том, а ты томбой! Это слово я и по-вашему знаю - "хлопачара". А, так вот потому в тебе и есть столько света, а не потому, что принцесса.
Он даже заплясал от радости, вызванной неожиданным открытием. Потом вдруг замолчал и произнес с неожиданной робостью:
- Послушай, Зорти... Зортия... - Ваше Высочество... Ты... Вы... ведь собираешься... собираетесь бежать дальше?
- Собираюсь, - кивнула принцесса.
- Тогда прошу Вас, Ваше Высочество, возьмите меня в пажи.
Девочка от души расхохоталась.
- В пажи? В пажи?
- Ой, я недостоин, да? - встрепенулся мальчик.- Я Вас оскорбил?
- Ну что ты, Том, - девочка погладила его по коротким волосам. - Я не хотела тебя обидеть. Просто не знаю, для чего мне паж. Носить подол моего платья? Но у меня и платьев-то нет ни одного, я всегда такая, как сейчас.
- Ну зачем обязательно платья? - возразил Том. - Ведь у принцессы должен быть кто-то, кто станет заботиться о ней в пути, готовить, стирать, штопать одежду.
- Вот как? Что ж, это и вправду пригодится. Ведь я ничего из этого не умею. Не думай, не потому, что раз принцесса, значит лентяйка. Просто ненавижу эти дела, и все. Вот с молотком или рубанком развлечься - это в самый раз. И еще - только не говори, что намерен меня защищать. Уж в этом мне помощники не нужны. Кстати, а где ты всем этим делам научился-то?
- Ну, как где? - пожал плечами Том. - У нас же вся работа на мужиках. Вообще вся. А бабы многодетные только пердеть умеют. Даже соревнуются в этом. Как в пятницу вечером соберутся, так прямо и устраивают хор имени Задницкого.
Далее мальчик поведал изумленной принцессе о том, что здешние жирные бабищи даже управляют мужиками с помощью газов, принуждая делать все дела по дому и в поле. Но, оказывается, наиболее грозную силу это оружие приобретает только после рождения третьего ребенка, поэтому без него никак не обходится. А несчастные мужики даже рады побольше работать за пределами жилища и всей деревни. Мальчик добавил, что никогда не читал о том, чтобы подобное происходило еще где-то во вселенной. Возможно, во всем был виноват местный климат или питание. Этого никто не знал, поскольку члены королевской академии наук ни разу не посетили эту вонючую планету.
Зорти решила, что Том и вправду может ей пригодиться. К тому же, ее друзьями всегда были одни мальчишки. Любого возраста, включая Котвицу и собственного папу-короля. А еще неожиданный спутник поможет ей получше замаскироваться - ведь ищут-то одинокую девочку. И она заодно поучится быть сестрой. А, кроме того, узнав подробности местной жизни, принцесса почувствовала к нему самую острую жалость.
- Ладно, - произнесла Зорти вслух. - Назначаю тебя своим пажом. Только давай-ка опять на "ты", и забудь про все высочества. Для тебя я просто Зорти или, на людях, Клер. И еще - для всех ты будешь мой младший брат, понятно? И зовут тебя для всех... ну, раз я Клер, ты будешь на французский манер Тома, с ударением на "а". Авось, не догадаются.
И они молча двинулись в глубь леса. "Ну вот, - подумала Зорти. - Я так и не приблизилась к выполнению своей цели, а все-таки одного братишку нашла".
А еще она подумала, что даже этому, несчастному на первый взгляд, мальчишке куда легче, чем ей, принцессе. Они оба беглецы, но он покидает родной дом с величайшей радостью, даже надеясь никогда туда не возвращаться. Ее же, напротив, гонит из любимого дома безжалостная судьба. Она улетает все дальше, а сердце остается там, и держащие его вены растягивается, растягивается, словно резиновые. Вены длинною в световые года... И ее кровь тоже каждую секунду преодолевает это расстояние сразу в двух направлениях.
И чтобы заглушить эти мысли, она спросила:
- Кстати, Том, а как твоя фамилия?
- Фамилия? - мальчик задумался.
- Неужели не знаешь? - изумилась Зорти.
- А что ж там знать-то, - вздохнул Том. - Я же не Гагарин или Королёв, кому нужна моя фамилия...
- Но неужели тебе не говорили ее на тот случай, если ты, скажем, потеряешься? Тогда ты бы смог назвать ее полицейским, и они отыскали бы твой дом.
- А, - махнул рукой паж. - Если и потеряюсь, для родителей не велика важность, настругают еще.
