Четыре дня вдовствующая императрица пробыла в Могилёве с сыном. Дочери Ксении она телеграфировала: «Счастлива быть с Ним в эту самую тяжёлую минуту». Рано утром 8 марта мать с сыном расстались: мать уезжала обратно в Киев, а бывшего царя под арестом отправили из Могилёва в Царское Село к семье.
Когда вдовствующая императрица возвратилась в Киев, там всё уже было иначе: торжественной встречи на вокзале не было, флаг над дворцом снят. А спустя некоторое время был снят и увезён памятник её мужу, императору Александру III. Мария Фёдоровна упрямо отказывалась мириться с действительностью, продолжала посещать киевские лазареты и госпитали. Однако в отношении чувствовалось всё больше враждебности. Кончилось тем, что ей было отказано в посещении военного госпиталя, чтобы навестить раненых солдат. «Медицинский персонал не желает вашего присутствия», — заявили матери бывшего царя. В газетах писали, что Романовы — враги народа. Было объявлено и о нежелательности её пребывания в Киеве.
Вдовствующей императрице и другим членам царской семьи министром юстиции Керенским было разрешено проживание в Крыму. Великий князь Александр Михайлович предложил тёще вместе с семьёй выехать в его имение Ай-Тодор, расположенное в двадцати километрах от Ялты. Потребовалось немало времени, чтобы уговорить Марию Фёдоровну отправиться на юг России. Ей очень хотелось быть рядом с дорогим Ники, судьбу которого она тяжело переживала.
Наконец в ночь на 23 марта вдовствующая императрица, великий князь Александр Михайлович, дочь Ольга с мужем и несколько человек из придворного штата императрицы-матери сели в поезд, который четыре дня спустя доставил их в Севастополь. Оттуда на автомашинах, присланных из военно-авиационной школы, личный состав которой оставался преданным монархии и лично великому князю Александру Михайловичу, они были доставлены в Ай-Тодор. Несколько позже туда приехала и старшая дочь Марии Фёдоровны с детьми.
После смерти своего дорогого Саши императрица-принцесса в Крыму ни разу не была. Она была в страшном волнении. Но именно благодаря отъезду на юг Мария Фёдоровна избежала страшной судьбы большинства Романовых. Ведь ещё в середине марта 1917 года Петроградский совет в своей резолюции записал, что «широкие рабочие и солдатские массы, завоевавшие свободу для России, недовольны тем, что свергнутый Николай Кровавый, его жена, сын Алексей и мать Мария Фёдоровна находятся на свободе». Соответственно выдвигалось требование предпринять «самые решительные шаги к аресту всех членов дома Романовых».
Весну и лето семья прожила спокойно, не считая тревоги о Ники и других близких. 12 августа Мария Фёдоровна вновь стала бабушкой. Дочь Ольга родила сына.
К осени положение в Крыму переменилось в худшую сторону. Временное правительство решило «присматривать за Романовыми», прислав для этой цели в Крым своего комиссара. Усилили своё внимание и местные большевики. Севастопольский совет вынудил Временное правительство выдать ему ордер на обыск Ай-Тодора для расследования «контрреволюционной деятельности» его обитателей.
