Оставшееся время готовили снаряжение. Зубилом выбивая чипы из всего того, что можно оставить за собой. Не все они откликались на стандартный сканер. Некоторые прятались и ждали кодированного запроса, какой могли делать только менты или иные агенты сионизма или жидорептилоидов. Ну, или кто там еще следит за всеми обеспокоенными параноиками. Даже в трусах, напечатанных с использованием нанотехнологий и склеенных без единого шва молекулярным клеем, был электронный микрочип. Где произведены, из чего сделаны, уникальный номер, по которому при желании можно определить, где и кем они приобретены. Все это содержалось в нём. Без них товар не проходил по нормам, не соответствовал стандартам, и продать его было нельзя. Хорошо хоть само их удаление было неподсудно. Однако возникали проблемы, - в автоматизированной прачечной такие трусы уже не постираешь. Вообще все это делалось для удобства и безопасности. Благие начинания.
В тех случаях, когда механическое удаление не проходило – разрушали направленными излучениями. За это время я второй раз за время моего путешествия на «Шлюхе» прочитал книгу под названием «Криминалистика, полный курс». Некогда, давным-давно я читал такую на Земле, и именно её содержимое убедило меня не нарушать уголовный кодекс. Она была убедительнее, чем сам этот уголовный кодекс, поскольку сажают не за преступления, а потому что поймали. Травер был умён, и в его личной библиотеке книги по криминалистике содержались в изрядном количестве. Занимали там почетные места и многочисленные инструкции успешных маргиналов и даже крыс из нержавеющей стали, доживших до того возраста, когда руки тянутся к клавиатуре.
Жаль, но простым магнитом эту гадость не стереть. Помогает хороший такой пучок ионизированных частиц, и то не всегда. Самые продвинутые из них откликались на запросы, заданные с расстояния в сотню – другую метров. Идешь ты по улице, а ЗОГ уже знает, куда ты направился, кто ты и даже цвет твоих трусов. В паспорте тоже содержалось такое устройство, функционально подобное RFID[4] чипу или транспондеру нашего корабля. Но оно не имело источника питания и поэтому имело ограниченный радиус действия. В Корусканте многие не носили с собой документов, денег и паспорта. Их заменяли вживленные в организм микрочипы. И эти люди еще верят в гарантированное им конституцией право анонимности в голонете и не вмешательстве в их личную жизнь! Хотя большинство право – их ничем непримечательное существование никому не интересно.
Но, в отличие от столичного стада, я, как и все прочие члены команды, таскал паспорт как капсулу с ядом. В защитной оболочке. Я не упускал своего шанса рискнуть своей жизнью и своим здоровьем.
С оружия варварски сбивались клейма и номера, если их не спилили ещё до нас. Оно и так нелегально приобретенное, хуже уже не станет. Хотя в этом было мало толку, химическое травление проявляет внутреннюю структуру металла и все эти спиленные клейма – защита только от ленивых. Сложнее было со спидерами. Для того, чтобы извлечь из них транспондеры, нужно было поработать не только ключом, но и другими более грубыми, но действенными инструментами. Под руководством Ивендо с помощью кувалды и какой-то матери я боролся с высокими технологиями – никогда не думал, что буду заниматься чем-нибудь эдаким. Когда меня это здорово подзадолбало, я понял, что это такие же устройства слежения, как и голокамеры. И вывести их из строя Силой – для меня проще простого.
Транспондер на нашем корабле, который откликался на сигналы республиканских юстициаров или Флота, сильно осложнял жизнь Траверу, да и нам всем за компанию. Он был вмонтирован прямо в основной гиперпривод и удалению не подлежал. Независимо от нашего на то желания он отвечал на стандартный запрос и выдавал, кто мы. Более того, мы должны были предоставить ответ на такой запрос любого другого корабля. Нас это, конечно, не устраивало.
Поэтому на борту был кодовый модулятор, не позволяющий отвечать транспондеру. Он был замаскирован под часть рефрижератора и включался при требовании «разморозки второго режима». Старый пиратский трюк.
Подошел час "Ч", и я сел за пульт навигатора, вручную изменяя работу мотиватора гипердвигателя – стремясь выпасть настолько низко, насколько это было возможно. И как можно медленнее.
Я, стиснув зубы, пережидал выход корабля из гиперпространства. Мир мало-помалу сходил с ума. Или я. Система отчета не важна, важен результат. Полчаса выползать из гипера. Технически осуществимо, как отрапортовал с усмешкой лейтенант. Наша психика его волновала мало, а его уже ничто не угрожало. Сложнее всего было с необычными и сбивающими с толку ощущениями в Силе. Где ты находишься и что происходит вокруг, обычно можно почувствовать. Но в такие моменты всё начинает обманывать меня, безумный калейдоскоп искажает весь мир вокруг.
Все ради того, чтобы возмущения в гиперпространстве, рождаемые нашим кораблем, были ниже чувствительности поста контроля.
Ко мне подошел совершенно незнакомый человек. Хотя корабль пространство замкнутое, но я этому не удивился.
