Становилось все интереснее. Тайменев представил себя в роли Синдбада-морехода накануне путешествия, изобилующего смертельными опасностями. Вот это да! Вот тебе и линия судьбы! Завтрашнее делается где-то во вчера, забытом и ставшем чужим. Грядущее тянет к себе день сегодняшний, отнимая безобидность и невесомость у любой мечты, у всякой фантазии. Разве такое он мог бы придумать сам? По всему выходит, если играть всерьез, искать краеугольные камни здания жизни надо в детстве. Именно там, в детстве, они и заложены. Мы формулируем взрослые решения, не понимая, что на самом-то деле они приняты нами давно. И бессознательно к тому же. Или не нами... Просто подошло время. Скрытая магия жизненных коллизий... Путаное переплетение незначительных поступков, необдуманных слов... Они складываются в пестрый ковер неизбежности. Кто в силах понять меняющийся рисунок ковра? В одном зернышке живет мировой урожай, оно слышит и видит безжалостно свистящие косы и серпы.
Жатва предопределена.
"Что-то я начал размышлять по восточным образцам, - остановил себя Николай, вынырнув из тянущих в омут воспоминаний дум в действительность, - Что-то я чересчур расслабился".
Губернатор смотрел на него понимающе и сочувственно.
- Мой остров действует на всех без исключения. На всех по-разному. Но вам не надо бояться. То, что происходит вокруг вас и произойдет еще, от вас уже мало зависит. Я имею в виду неизбежность процессов. Теперь вас поведет ваш добрый аку-аку. Доверьтесь ему.
Опять аку-аку! Как сговорились: от рядового туземца до губернатора, - все твердят ему об одном. Аку-аку, - вот и он уже не где-то там, а рядом, его личный.
И как неоднозначен величественный Ко-Ара-а-Те-Хету! Тайменев отметил еще одну, симпатичную ему черту мирооценки губернатора: местоимение "мой" звучит у него как-то странно, - оно лишается самой своей сути, отношения собственности. Он говорит "мой", а Николаю ясно слышится: не остров принадлежит губернатору, а губернатор Ко-Ара-а-Те-Хе-ту принадлежит острову весь без остатка.
Все у них тут не так. В большом мире местоимение "мой" во всех смыслах употребляется людьми значительно чаще других слов. Человеку хочется быть хозяином, собственником. Вещей, других людей, пространства, времени, самой жизни... Власть над миром: вот что слышится в коротком слове "мой". Властвовать, несмотря на ум, разум, образованность, воспитанность, гены. Если рожденный рабом занимает трон короля, слово "мой" поглощает весь мир этого человека. Гордыня тут же возносит его на заоблачные высоты, чтобы потом низринуть на острые камни породившей его земли. Спартак, Пугачев... Несть им числа.
Рожденный повелевать и властвовать своим маленьким миром губернатор Ко-Ара-а-Те-Хету не считал себя собственником, он считал себя исполнителем высшей воли, давшей ему власть и способность использовать власть.
Тайменев вспомнил своего заведующего кафедрой. Как тот произносит короткое слово "мой"! С особым чувством, с нескрываемым удовольствием, как можно чаще, и по всякому поводу. "Мой заместитель, моя кафедра, мое мнение"... Мой, моё, мои... Его бы на царство, даже самое маленькое, - так задохнулся бы в день инаугурации от избытка самоуважения и ощущения собственной исключительности...
- Мой остров проявляет и высвечивает. Выводит на свет невидимое, спрятанное, делает его отчетливо распознаваемым. Симпатии и антипатии, любовь и ненависть, жадность и бескорыстие, привязанность и равнодушие... Скрываемое от самого себя у нас может стать властителем человека. Ничто не уходит бесследно. Ваш дракон завершил первый круг. Скоро придет ясность, к вам в первую очередь. Скоро.
"Да уж! Прошла почти половина отпуска, а дракон успел завершить свой "первый круг". Сколько их у него впереди, и что они принесут бывшему владельцу статуэтки? Как можно быть готовым неизвестно к чему? Пока ясно одно: губернатор мне доверяет, а почему, - совсем неясно. Не статуэтка же, в самом деле, тому виной? Чего-то они ждут от меня. Сами не знают чего, но ждут. Мистика откровенная сплошь и рядом. Невольно примешь предложение Франсуа и ударишься в запой. Надо бы повнимательнее отнестись к словам Хету, едва ли кто другой сможет мне открыть больше".
- Мы здесь живем как в фокусе мира, - Хету, (Звезда), как стал звать губернатора про себя для краткости Тайменев, чуть задумался, чистые до голубизны белки его глаз влажно заблестели, - А может быть, и на самом деле...
Остановившись на полуфразе, Хету предложил гостю сигару. Николай отказался и рискнул задать "умный" вопрос.
- Вы хотите сказать, что на Рапа-Нуи ярче видны, теснее смыкаются полярности мира?
- Да. Вы поняли правильно. На моем острове издавна столкнулись Восток и Запад, Восход и Закат, Свет и Тьма. Мне известно, что вы хорошо знакомы с нашей историей. Рад, что вы уже перестали удивляться: ваша жизнь для нас не тайна. Что же касается истории, позвольте напомнить несколько моментов из нее, они послужат нам отправными точками.
