— До определенного момента истории, — начал оружейник свой рассказ, — ни у кого не было средств массового разрушения. Магия, безусловно, может разрушить город, но ресурсы, ритуалы, количество маны, необходимое оборудование, даже эхо от подготовки столь масштабного заклинания — всё это ставило крест на целесообразности использования таких методов. Кроме того, не стоит забывать о том, что существует всего пара-тройка объединений Бессов, развившихся до уровня, сопоставимого по влиянию с целыми странами. Мир, Джаргак, просто не развился еще до необходимости в орудиях массового уничтожения…
— Но…? — протянул я, устав бояться «спугнуть» нервничающего мага.
— Это ложное утверждение, — поднял на меня глаза Эдвард, — Нихон и «Академия» уже располагают минимумом знаний для нанесения массовых ударов. Но… лишь знаниями. Я не хочу войти в историю, как первый кто это применит.
— Поразмысли от обратного, — предложил я, — что будет, если ты не воспользуешься своими знаниями.
— Кирн, иди в задницу! — тут же рявкнул маг во всю силу своего хрипловатого девчоночьего голоса, — Ты и я, мы оба обычные обыватели! У нас была работа, своя жизнь, даже своя смерть! Пан нам дал второй шанс, который ты благополучно просрал! От тебя уже не отцепятся пока ты жив! Я себе такой судьбы не хочу!
— В принципе… — протянул я, набивая трубку, …у тебя есть шансы уцелеть, Эйнинген. Особенно здесь. Островов тут сотни тысяч, если не миллионы, мощная цивилизация… А то и не одна! Лучше мог бы быть только Внутренний Мир, где слишком много закрытых полостей. Если тут я бы тебе дал двести-триста лет спокойной жизни, то под землей это была бы вся тысяча. В худшем случае.
Хорошо, что шестиствольный агрегат блондинистого мага обладал слишком сильной для его тщедушного тела инерцией. Это позволило мне успеть отпрыгнуть.
Клик-ВУУМ. Бабах!
— Эдв…!
Клик-ВУУМ. Бабах!
— Да чтоб тебя!
Я бегал, уворачивался, подлетал в воздух и неожиданно применял «Путь Ветра», уворачиваясь от импульсов орудия взбешенного оружейника. Тот палил по мне с почти сладострастным выражением лица, огромные голубые глазищи горели мрачным азартом и жаждой вполне определенной крови.
Клик-ВУУМ. ГРАХ!
— Да уйдите вы отсюда! — рявкнул я на подбежавших к нам зооморфов, едва не попавших под разрыв импульса, — Дайте пообщаться!
Бессы благоразумно удалились, быстро и громко. Чем-то их высказанные вслух сомнения в нашем здравом рассудке умудрились взбесить Эйнингена еще сильнее. Он стал лучше целиться, пару раз цепляя меня взрывной волной и заставляя катиться по траве. Сопротивляться или убегать я не думал — он был моей последней надеждой хоть на какое-либо осмысленное действие. Небольшая разминка с смертельным риском малая цена за надежду.
— Весело?! — заорал Эйнинген, бросая свою монстрилу на землю, — Весело жить, когда ты ни к чему не привязан, а, Кирн?! Друзья, дом, репутация! Легко рисковать, не имея ничего?!
— Ну что ты орёшь как потерпевший, — недовольно высунул я голову из-за ствола дерева, — Как будто я к тебе пришёл в лавку и сказал: «Привет, я хочу поработать у тебя сторожем, а потом разрушу мир и попутно всю твою жизнь!»
— Потерпевший!? А как я, по-твоему, здесь очутился?! — разошедшийся блондинк пнул своё оружие и сделал паузу, чтобы проораться от боли, прыгая на одной ноге. Отпрыгавшись, он злобно вытаращился на меня снова, — Мы посреди нигде в другом мире и замышляем разрушить целую цивилизацию! Я, уважаемый мастер, должен буду скрываться сотнями лет от любопытных глаз!
— А если не разрушим, то тебе негде будет скрываться, дурак набитый! — не выдержав, заорал я, — Среди кого ты будешь прятаться?! Хочешь стать Слугой?!
— Как будто уничтожение Нихона решит проблему!
Я скрежетнул зубами, выйдя из укрытия и подошёл к другу вплотную. Эдвард смотрел на меня скрестив руки на груди. Он не дернулся даже тогда, когда я поддел его хвостом под задницу, вознося на уровень собственного лица, наоборот, расселся с видом, как будто так и надо, продолжая сверлить меня гневно-требовательным взглядом.
— Эйнинген, — начал я, — ни ты, ни я — не герои. Мы не спасаем мир. Хорошего конца у этой сказки не будет, потому что она, несмотря на всю свою искусственность, всё-таки жизнь. А жизнь, как ты её не крути, как ты её не рассматривай, как не старайся и кому только не молись — никогда не заканчивается хорошо…
— Оратор из тебя, как из осла самолёт, — скривился маг.
— Шанс, друг, — не обратил на его едкость внимание я, — Мы всего лишь обычные обыватели, а не герои. Мы не спасаем мир, а даём ему шанс. Можем дать. Не знаю как ты, но я, если все получится, потом умою руки, ноги и хвост. Уйду жить на один из полюсов мира… или вообще решу, что хватит с меня всего вот этого вот.
Блондинк сверлил меня взглядом долгие пять минут. Не отрываясь и не моргая. Потом спрыгнул на земли и отвернулся, плечи его поникли.
— Рисковать и подставляться всего лишь затем, чтобы дать шанс… — пробурчал он, — это еще хуже, чем рисковать хотя бы ради спасения. Молчу уж о награде и признании.
