Хитрые разумные цивилизаций Внешнего Мира изобрели прекрасный способ обрести ничем не ограниченную власть над группами смертных — они расселяли их по большим и средним воздушным островам, делая абсолютно зависимыми от поставок ресурсов. Целые племена и малые страны работали на тех, кто знал, где располагаются заселенные ими острова. Грузовые дирижабли прилетали, обеспечивая население нужным и забирая ресурсы и изделия, реализуемые в других местах. Идеальная экономическая схема.
Мы уже месяц мотались по бескрайним воздушным просторам этого мира, постепенно подбираясь к области, находящейся над Нихоном. Для реализации замысла Эйнингена не хватало некоторых материалов и примитивных устройств, которые мы сейчас с магом искали. Троица наших «монахов» сейчас расположились на небольшом гористом островке и с удовольствием занимались своим делом — готовили заряженные Ки свитки, с помощью которых мы планировали опустить остров. Этих свитков требовалось очень много, поэтому нам пришлось пойти на определенные риски, демонстрируя мою лишенную плаща анонимности личность общественности. Ну хоть с бумагой и писчими принадлежностями проблем не было — Дома Матери Внешнего Мира были жадны на предметы экипировки, зато более чем щедры на средства различных ремесел.
Абориген продолжал таращиться на меня в священном ужасе, безвольно болтая тонкими смуглыми конечностями, и бесконечно бубня «Тшаркака Кирнья». Я в ответ негромко мирно бурчал, продолжая попытки привести его в чувство.
— Кирн, это бесполезно, — попытался остановить меня белокурый маг, — местные определенно потомки индусов. Вероятно, они ни разу в жизни не видели Бесса, кроме тех, кто прилетает к ним за данью. Ты для него как бог, который требует непонятного.
Я скривился, напугав бедолагу до обморока и мокрых штанов. Этого нервного типа мы отловили довольно далеко от поселения, мужик охотился на животных, сильно напоминающих саблезубых прыгучих капибар. Надежда, что здесь найдется кузнец, способный вырезать примитивные винты, упала сразу же, как мы оценили одежду местного охотника, состоящую из пары-тройки небрежно сшитых шкурок, но желание хоть один раз решить всё мирно и тихо было высоко как никогда. Вновь приземляться в центре деревни или городка, стоять как идиоту с задранными кверху руками, а потом часами жестикулировать, пытаясь узнать у местных простые вещи и отвечая на сотни идиотских вопросов, пока Эдвард черным вороном кружит по селению, тыкая пальцем в интересующие его вещи.
Надоело. Но деваться некуда. Нужны завинчивающиеся крепежи для свитков, нужно много кристаллов кварца или минерала, способного послужить краткосрочным накопителем, нужны шкуры, из которых Эдвард шьет нечто вроде защитного кокона для «обезьяны, сидящей на гранате».
То есть — меня. Водителя бомбы.
Всегда мечтал.
— В жизни бы не подумал, что скажу такое, но тебе не кажется, что мы могли бы просто влетать в деревни и обыскивать их? Без нудного общения с местными? — пробурчал Эдвард, летя за мной в метре от поверхности. Мы решили приблизиться к поселению пешком, вместо полёта, что куда спокойнее воспринималось смертными.
— Воздушный мир принадлежит нациям восточного типа, — начал я обламывать мечты товарища, — поверь мне, ты не хочешь знать видеть их в качестве своих врагов.
— Мы видим человеческие поселения, где выращивают злаки, грибы, наркотики, фрукты, — скептически хмыкнул маг, — буквально ручным трудом. Цивилизация на уровне бронзового века. А наша с тобой огневая мощь равна приблизительно полноценному боевому «треугольнику». Только ты еще быстрее. Чего бояться?
— Яда, коварства, засады, незнакомых техник и приёмов, — перечислял я, заставляя лицо блондинка смурнеть и усложняться, — а еще местного менталитета. Пока мы тихие и мирные, шанс, что о нашем визите доложат лишь по прилёту местных хозяев, достаточно высок. Если будем изображать из себя буйных и опасных варваров, то может нарваться на активацию сигнального артефакта. Я вот как-то совсем не хочу выяснять, до чего дошёл прогресс в этом мире за последние сорок лет. А тебе тут так вообще жить.
— Что-то я уже почти раздумал тут селиться, — пробурчал Эйнинген, перелетая через помесь змеи, крокодила и коалы, медленно ползущую по своим делам, — тебя послушать, тут либо диктатура, либо вот такая дикарская идиллия, где боги-Бессы привозят вилки и ножи в обмен на героин…
— Думаешь, у нас такого сейчас нет? — хмыкнул я, — Да полн…
Прямо над самыми высокими домами показавшейся деревеньки завис дирижабль. Огромный, с перелатанной мягкой оболочкой, кучей крохотных деревянных пристроек, опутанный тросами и канатами, он напоминал нечто, сделанное на коленке гигантоманом-энтузиастом. Воздушное уродище было усыпано фигурками разумных, ползающим по всем возможным плоскостям, что-то делающим, либо суетящимися внизу, куда была опущена грузовая платформа. Небольшая толпа, определенно состоящая из жителей деревни, смирно ожидала на немалом расстоянии от грузовой платформы.
