Зато почти не изменилась этическая сторона стоицизма, более того постепенно именно она стала восприниматься как основа всего учения. Главным моральным (и почти божественным) авторитетом стоицизма являлся Сократ, его жизнь и привычки: приверженность простоте, спокойное поведение во время суда, отказ от бегства — все это провозглашалось идеалом, к которому следует стремиться каждому. Однако наличие грека в качестве центральной фигуры учения вовсе не делало стоицизм греческим учением.
С самого начала большинство стоиков было сирийцами, а позднее — римлянами. Сам Зенон родился на Кипре, но был финикийцем, а в Афины попал по деловым и торговым вопросам. Оказавшись там, он захотел изучить греческую философию, более всего увлекшись школой киников, но добавив к их учению всего понемногу, не стесняясь прямых заимствований, особенно у Академии. При этом Зенон и его последователи не углублялись в излишние философские тонкости: наибольшее значение придавалось добродетели, а остальные знания имели смысл лишь только, если способствовали ей. Изощренной метафизике других школ противопоставлялся здравый смысл, убежденность в существовании реального мира, а также уверенность, что наши органы чувств дают нам верную информацию. Для большинства обычных людей это звучало вполне убедительно.
Можно сказать, что для эллинизации варваров пришлось выкинуть из греческой культуры все сложное и лишнее, сконструировав неглубокую и эмоционально узкую философию, содержащую элементы религиозного учения, в котором так нуждалось раздираемое нестабильностью Средиземноморье. Многие наследники Александра считали себя стоиками, а во времена Римской империи стоицизм надолго стал фактически религией для простого народа.
Центральной доктриной школы стоиков была уверенность в том, что случайности не существует, а все события строго определены законами природы. Всё возникло из огня и когда-нибудь вновь сгинет в космическом пожаре, после которого цикл творения повторится снова и снова. Всякое явление в этом процессе до мельчайших подробностей запланировано и предопределено благим Законодателем для достижения высших целей естественным образом. Каждая вещь является частью единой Природы, а Бог есть душа мира и в каждом из нас содержится частичка его божественного огня. Жизни людей, как несложно заключить, хороши только в том случае, если они находятся в гармонии с Природой. Конечно же, ни один из нас не сможет действовать против ее законов, но истинная гармония достижима лишь тогда, когда воля человека следует высшим целям.
Единственным значимым благом стоики объявили добродетель, поскольку она полностью заключена в личной воле человека, а, значит, зависит лишь от него самого. Можно быть больным, бедным, рабом или даже сидеть в темнице, но при этом оставаться добродетельным и пребывать в гармонии с Природой. Мудрый человек всегда абсолютно свободен, ведь его не интересуют мирские желания, и он всегда остается хозяином своей судьбы во всем, что действительно важно — в возможности поступать правильно. При этом даже не требовалось действительно совершать что-либо благое или полезное. Вполне достаточно было в каждой конкретной ситуации просто вести себя сообразно тому, как это якобы делал условный Сократ.
Отдельно отметим также, что Зенон, судя по всему, верил в астрологию и прорицания, ведь это весьма хорошо сочеталось с позицией полного детерминизма и нравилось народу. То, что люди часто использовали предсказания, дабы изменить свое будущее, не казалось стоикам логическим противоречием.
Последователи Зенона начали перестраивать свои доктрины, уходя от материализма. Так, например, тезис, что добро не может существовать без зла, поскольку они являют собой необходимые противоположности и заключены одно в другом, обосновывали вовсе не отсылкой к Гераклиту, но с помощью авторитета Платона. Также укрепляется мнение, что после смерти до очередного Великого Пожара сохранятся только души мудрецов. Одновременно с этим все больше делался упор на формальную логику: стоики активно развивали теорию силлогизмов и изучали грамматику. Разрабатывалась теория познания, базирующаяся на восприятии мира органами чувств. Одновременно утверждалось, что существуют некоторые базовые единые для всех людей самоочевидные принципы, на которых возможно построить безошибочные дедуктивные рассуждения обо всем на свете, подобно тому, как это сделано в учебнике геометрии. Хоть вся эта работа и велась в первую очередь для аргументированного обоснования добродетели, но все же немало стоиков внесло заметный вклад в различные науки — математику, астрономию, логику, грамматику, историю, юриспруденцию.
