Наше появление не прошло незамеченным. Взгляды устремились на нас, а разговоры смолкли. Многие поторопились отойти с нашего пути. Я не знала, куда девать глаза, пытаясь не смотреть на окружающих. Мой взгляд сконцентрировался на троне. Он выглядел древним и огромным. Я задумалась, какую цену приходилось платить королям, чтобы сесть на него. Какую цену заплатил Коллиф.
Мне стало так тревожно, что я даже забыла, зачем Коллиф меня сюда привел. Но мне напомнила фейри, светлые волосы которой почти достигали пола. Она заметила на мне кулон, и ее светлые глаза расширились. Она наклонилась к голубокожей нимфе по соседству, которая передала новость дальше.
Присутствующие были поражены. Шепотки и взгляды сопровождали наше шествие по залу. Все уставились на сапфир. Лицо Коллифа, как всегда, оставалось бесстрастным, и я пожалела, что не отличаюсь таким самообладанием. Хотелось бежать. Шрамы на спине заболели. Защитит ли меня статус супруги Коллифа? Или теперь я в еще большей опасности?
Спустя вечность мы добрались до возвышения. Думала, Коллиф усядется на трон, но он остался стоять рядом со мной. Он обратился к толпе на енохианском. Его голос драматично разносился под сводами, то повышаясь, то понижаясь. Он указал на огромные двери – точнее, на фрески возле них, – и произнес имя.
Когда он закончил, весь Двор заговорил одновременно. Казалось, то, что они произносили, повторялось множество раз. Ритмично и, как ни сложно признавать, завораживающе. Затем воцарилась тишина.
Ее нарушил Коллиф. Он заговорил, указывая на меня. Он представлял меня как свою супругу? Как бы там ни было, его речь длилась недолго. Затем, словно избавившись от заклятия неподвижности, все вернулись к своим делам. Возобновились разговоры. Над столами поплыла музыка. Стеснение в моей груди прошло, и дышать стало легче.
– Рад встрече, Фортуна Суорн.
Вновь напрягшись, обернулась на звук голоса. Это оказался темнокожий мужчина, принимавший участие в совете. Один из тех, кто счел справедливым избить меня до полусмерти. Он поклонился, и его лысая макушка блеснула в свете свечей. Вблизи я смогла разглядеть, что его кожа покрыта затейливыми татуировками. Линии были тонкими, едва различимыми. Выражение его лица говорило о вежливости и заинтересованности. Но я будто вновь оказалась привязанной к дереву и закусила губу до крови.
Когда промолчала, фейри вновь заговорил. Глубокий тембр его голоса обволакивал.
– Я – Таррагон, представитель рода Этирран.
Коллиф склонил голову.
– Рад встрече, Таррагон.
Казалось, он говорит от моего лица, и будь у меня перья, они бы встопорщились. Я вмешалась.
– Какого черта вам нужно? – Страх уступил место ярости. Разум затопили видения – кнут в моей руке, плети, словно дюжина змей, разрывают плоть этого существа, как разрывали мою.
Если фейри и оскорбился, он этого не показал, переведя взгляд подведенных золотым глаз на меня.
– Вы достойно выдержали трибунал, – сообщил он.
Я скривила губы.
– С чего бы? Потому что не умерла?
– Вы не позволили нам сломать вас. А мы любим ломать вещи.
– Спасибо на добром слове, Таррагон, – встрял Коллиф. Он повернулся ко мне, завершая разговор. – Могу пригласить тебя на танец?
Таррагон поклонился королю и кивнул мне. Я вгляделась в него, мечтая узнать, какие страхи кроются под его кожей. Глаза фейри блеснули, будто он услышал мои мысли. Он изящно поклонился и отступил. Украшения на его лодыжках звякнули.
«Запомню тебя», – подумала я.
Коллиф отпустил мою руку и отступил. А затем протянул мне ладонь.
– Идем?
Не успела я ответить, как мимо прошла женщина. В ее взгляде, брошенном на короля, сквозила похоть. Затем она переключилась на меня. Ее похоть не исчезла. За ней следовал волк, ребра которого выпирали сквозь потрепанную серую шкуру. Женщина вела его на цепи, звенящей о каменные плиты. Судя по размеру, это был вервольф. Ей удалось запереть его в животной форме. Если это затянется, он не сможет обернуться. Забудет, кем был раньше.
Мои пальцы напряглись, готовясь коснуться женщины. Она была так близко…
Внезапно Коллиф притянул меня к себе. Я не сомневалась в его намерениях, так что даже не взглянула на него. Он думал, меня просто отвлечь? Я наблюдала за женщиной, прищурив глаза.
«Тебя тоже запомню», – думала я. Лишь когда она скрылась в толпе, я повернулась к Коллифу, ожидая упреков или предупреждений.
Но он не сказал ни слова, продолжая ждать моего ответа. Он легко держал меня, и я могла освободиться. Он оставлял мне выбор.
Хотелось отвергнуть его, опозорить на глазах у всего Двора. Но мешало… любопытство. Я годами жила как заведенная, ходила в одни и те же места, говорила те же слова, выбирала одно и то же. И теперь позволила себе задержаться в кольце его рук. К счастью, Коллиф принял это за ответ, поскольку не могла ничего ему сказать.
