– Впрочем, забудь. Наверное, это что-то другое. Ты не… то есть, это не…
Оливер печально улыбнулся мне.
– Как сделал это, если я не настоящий? – закончил он. Я резко выдохнула. Сердце сжималось, пока искала правильный ответ. «Не то имела в виду», – хотелось сказать мне, но это было бы ложью. Вдалеке о скалы рокотали волны, заполняя болезненную тишину.
– Ты знал, что ты так можешь? – спросила наконец.
– Нет, не знал, – его слова прозвучали отрывисто. – Неужели это было бы так плохо, Фортуна? Если бы однажды я оказался рядом, когда ты проснешься?
– Олли, нет, конечно!
Он подождал, но я боялась сказать что-нибудь еще, что может обидеть его. Не могла сказать, что наше совместное будущее невозможно, и это место – все, что у нас есть.
Это не значило, что я не дорожила Оливером. Не значило, что он не был мне столь же близок, как Деймон, Беа или Сайрус. Не зная, как показать ему, что чувствую, обхватила ладонями его лицо и поцеловала. Он оставался отстраненным, поэтому оставила в покое его губы и опустилась ниже по шее. Это был наш язык. Он объединял нас, вне зависимости от наших разногласий и недомолвок.
Внезапно Оливер отступил. Столь неожиданно, что я просто наблюдала, как он опускается на землю. Он поднял лицо к небу. Он хочет, чтобы я ушла? Между нами что-то изменилось? Почувствовала, что могу сломаться от одной этой мысли. Не могла потерять Оливера. Не теперь. Не зная, что делать дальше, переминалась с ноги на ногу. Потом села рядом с ним. «Это Олли, – напомнила себе. – Твой лучший друг».
Моим первым желанием было задать вертящиеся на языке вопросы. Но затем решила, что Оливер сам должен сказать это. А я просто буду слушать.
Это было правильным решением. Он не отвел взгляда от мерцающего моря, но через несколько минут заговорил.
– Сейчас тебя заботит только Деймон. Понимаю. Это твой брат, член твоей семьи. Я был неправ, когда советовал тебе отпустить его, – Оливер замешкался. Он повернулся в мою сторону, и скоро наши взгляды встретились. Его глаза заполняла печаль, о которой я даже не подозревала. – Но я тоже часть твоей семьи. У меня тоже есть чувства, хотя ты отчасти и веришь, что я лишь плод твоего воображения. Пожалуйста, помни об этом, даже в такие моменты. Скажи мне правду. Не пытайся отделаться от меня. Я заслуживаю честности.
Мой голос прозвучал мягко.
– Конечно. Прости меня.
Я просила прощения о большем, чем он мог себе представить. Я создала его. Построила для него эту блестящую тюрьму. Удивительно, что он не презирал меня.
Вспоминая наши последние встречи – даже последние годы, – понимала, насколько эгоистично вела себя. Давая ему лишь обломки настоящего мира, скрывая, что мне казалось неудобным. Не признавалась, что для меня он был воображаемым другом или временным помешательством. Мне казалось, что хорошо это скрываю, но, конечно, он все знал. Оливер не раз доказывал, что он умнее большинства людей, которых я считала настоящими.
Не зная, как сильно я виню себя, Оливер поцеловал меня в щеку. Вот и все, я прощена.
– А теперь расскажи мне обо всем, – сказал он.
Я неохотно улыбнулась, услышав это. Когда мы были детьми, я всегда слышала эту фразу, когда оказывалась во сне. Даже сейчас это помнила. Маленький Оливер, с огромными глазами и веснушками на лице, подпрыгивал на пороге дома.
Образ породил поток светлых воспоминаний, необходимых мне, чтобы забыть о времени, проведенном в Неблагом Дворе. Чтобы подготовиться к будущему, я цеплялась за счастливые моменты в прошлом. События последних суток нахлынули на меня. То, как меня представили Двору в качестве супруги Коллифа, магия Аркайны, образы в разуме супруга, наш разговор о титуле королевы и то, что он с собой несет.
Я рассказала Оливеру обо всем. Даже о поцелуе.
Оливер не прерывал меня и не задавал вопросов. Выражение его лица оставалось подчеркнуто нейтральным. Я и не знала, как много мне хочется рассказать ему, как сильно на меня все это повлияло. К тому времени, как закончила, ощущение было такое, будто мое тело избавилось от яда. А потом мы с Оливером сидели на обрыве, свесив вниз ноги. Вдалеке черными точками маячили птицы, будто направляясь к солнцу.
Мои мысли вернулись к решению, которое я приняла, лежа в постели с королем Неблагого Двора.
«Ты собираешься побороться за корону?»
«Я должна. Ради Деймона».
– Наверное, знаю ответ, – внезапно сказала я, разрушая спокойствие, будто хрупкое стекло. Оливер повернулся ко мне. Я взглянула ему в глаза. – Но все равно должна спросить. Если вдруг умру – в том мире, – ты тоже исчезнешь. Верно?
Мой лучший друг склонил голову. Свет плескался в его глазах.
– Если ты умрешь, Фортуна, я последую за тобой в любое посмертие. А остальное не так важно, верно?
От слез помутнело в глазах. Я не стала их прятать или смахивать.
– Я тебя не заслуживаю, – сказала ему.
На его лице появилось странное выражение. «Вот черт, что такого сказала?» – подумала я. Не успела задать вопрос, как Оливер толкнул меня плечом.
– Заслуживаешь, конечно, – сказал он. – Но ты, должно быть, сделала нечто невероятно хорошее в прошлой жизни.
