– Согласен, – лицо Ковалева стало серьезным. – Устав – святое. Но я знаю, какую открыть дверь, чтобы выйти из игры.
Я остановился и подышал на руки, перчатки как всегда забыл дома.
– Тебе какая выгода? Кирилл, ты же знаешь, моя команда тебе не соперник.
– Как знать, – пожал плечами Ковалев, вытащил изо рта жвачку и заткнул за ухо. – В гонках под поселком «Звездное» именно твоя команда одержала победу.
– Ах вот оно что! Ведь скоро там снова намечается турнир. Ты хочешь двух зайцев убить…
– И тебе услугу сделать. Мы договорились?
– Ты толкаешь меня на рисковое дело. Мне надо подумать. С парнями посоветоваться.
– И думать нечего, Ярослав. Соревнование из семи кругов, в течение которых постепенно будут отсеиваться игроки. Последний седьмой круг будет решающим для оставшихся сильнейших пилотов. Как раз в конце игры ты и сложишь полномочия, передав первенство моей команде. Ты командир, тебе решать и последнее слово за тобой. Я даю тебе такой шанс! Конечно, ты можешь в любой момент отказаться.
В назначенный день состоялись гонки. Я был шаге от победы, но вовремя опомнился. Сделка, которую мне подкинул Ковалев, подразумевалась как спор. В результате таких споров, стритрейсер ставил на кон свой автомобиль: если выигрывал, то забирал в качестве трофея машину своего соперника, проигрывал – терял свою. Мне не хотелось расставаться со своим «Ахиллесом», да и не вынес бы морально, если бы этот разгильдяй Ковалев разъезжал по улицам и хвастал, как выиграл мой автомобиль. В середине шестого круга я был вторым, когда намеренно сбросил скорость, пропуская вперед игроков, между которыми на последнем круге гонок начался розыгрыш. В конце концов Ковалев сам сказал, что я могу в любой момент отказаться…
Я подавил былое воспоминание, произнес вслух:
– Азарт ни к чему хорошему не приводит. Однако, Илья, ты должен помнить о правилах Устава стритрейсеров и данном обете.
Я взглянул на часы. Перед зеркалом поправил галстук и застегнул пуговицы на пиджаке.
– Ой, да брось ты! Рассуждаешь, как закостенелый старикан. Порой мне кажется, будто с роботом разговариваю, – вздохнул Илья. Он потеснил меня у зеркала, пригладил волосы расческой и оглядел свой костюм со всех сторон.
– Илюш, мне не хотелось бы соскабливать твои кости с асфальта и отмывать машину от мозгов, которые, я надеюсь, еще остались в твоей голове. Вспомни «Быстрого» и «Соленого». Один неверный маневр, ошибка в просчете и цветы дарят не они девушкам, а наоборот, им приносят на могилу. Послушай меня. Ты мой лучший друг и я обязан сказать тебе это.
– Ярослав, что у вас с Римской? – неожиданно сменил тему Илья.
Я пожал плечами, внимательно посмотрел на друга:
– Влюбился?
– Хотел бы встретиться с ней, – ответил он, поправляя воротник. – Ты же не встанешь между нами?
– Она бы тоже не одобрила твое увлечение.
– Ярик, ты же знаешь, это временное занятие, хотя не отрицаю, одно из любимых. Ну так что скажешь?
Я снова вздохнул и неопределенно пожал плечами.
В это время зазвонил телефон.
– Да, мы выходим. Илья, пошли. Нас ждут.
– Знаешь, что самое сексуальное в Мирославе? Ее женственность. У меня мурашки по телу, когда она гладит свои волосы длинными пальцами с ногтями на полметра, накрашенные блестящим изумрудным лаком.. Меня просто заводит, когда она приоткрывает свои пухлые губки. А каблуки? М-м-м. Сама грация, когда покачивает бедрами проходит мимо на высоченных шпильках…
Друг послал воздушный поцелуй.
Я покачал головой и театрально закатил глаза.
Наш разговор прервал охранник. Он подозрительно посмотрел на Сазонова потом медленно перевел взгляд на меня:
– Ярослав Данилович, вы сегодня вовремя или задержитесь?
– Да, я закончил.
– Хорошего вечера, – пожелал мужчина.
– Спасибо, приятель! И тебе хороших дней, не скучай тут! – откланялся Илья и помчался вслед за мной.
На парковке мы ожидали друзей.
– Ярослав, ты очень изменился, – в голосе Ильи слышался скорее упрек, нежели похвала.
– Повзрослел, наверное.
Наконец, подъехал черный тонированный джип. За рулем сидел Балахонов, рядом на переднем сиденье улыбалась Римская. На заднем – Лешка Федоров хрустел чипсами.
– Всем привет, – поздоровался Гришка, опустив стекло на двери. – Ты с нами, Илья?
Я открыл заднюю дверь машины и снова закрыл.
Физиономия Сазонова была грустной. Его потерянный вид немного рассмешил меня.
– Ты на байке?
Лицо друга засияло надеждой, но я поднял руку.
– Едешь с нами. Байк поведу я и это не обсуждается.
– А после? – спросил он, подавая мне шлем.
– После посмотрим.
Что нужно для счастья? Прибавляя скорость на железном коне, я то обгонял, то ехал вслед за джипом друзей.
Сазонов, сидящий позади меня, расправил руки, словно парящий орлан, выкрикивал что-то проезжающему транспорту.
Поравнявшись на этот раз с машиной, я повернул голову и встретился со взглядом Римской. Мою улыбку скрывал шлем, но глаза передавали счастливое состояние души. Она звонко смеялась. Вытянула ладошку и послала воздушный поцелуй.
Илья напомнил о себе, тут же выписав мне тумак.
– За дорогой следи, Ромео.
