Утомленное весеннее солнце клонилось к закату. Близилась ночь, а вместе с ней долгожданные выходные. Мы, наконец-то, прибыли на место.
– Ожидал увидеть здесь бревенчатую избушку и дракона на цепи в собачьей будке, – удивился Гришка, хлопнув дверью джипа.
– Даже тебе под кайфом такая красота не снилась, – тут же отреагировал Лешка.
Это была ухоженная усадьба. Зеленый трехэтажный дом с большими окнами и белыми колоннами. По обеим сторонам дома стояли массивные атланты, подпирающие широкий балкон на втором этаже. От дома отходил тротуар, зовущий в оранжерею, где цвели дивные цветы. Здесь царил порядок и уют. Несмотря на то, что мы заехали в такую глушь, каждый из нас чувствовал себя в безопасности.
На мраморных ступенях нас встретила экономка:
– Добро пожаловать в поместье. Хозяйка ожидает вас в гостиной.
Пока мы шли по длинному коридору, увешанному картинами, Сазонов обернулся и язвительно подмигнул мне. В его взгляде читался вопрос: «Как ты дал себя уговорить»? Илья не то чтобы не верил в подобного рода мистицизм, он был полным атеистом.
Спиритические сеансы возвращались в моду. Такой всплеск популярности был вызван у молодежи, которые готовы были ночами напролет двигать доску Уиджи. Они не вдавались в подробности: кто сидит за их столом – самозванец, называющий себя экстрасенсом, или настоящий медиум. Для них это было прежде всего развлечение. Они сорили деньгами за престиж, за культ, который сами создавали и превозносили, не зная его сути.
Что до меня, то я считал, что медиумы – это хорошо обученные психологи и отчасти актеры. При себе имел мнение, что общение через них с духами, напоминало толстенное тонированное стекло и еще не факт, что за тем стеклом действительно кто-то существовал.
Жизнь без сюрпризов и неожиданностей вполне устраивала меня. Ведь это было так просто, идти по прямой, никуда не сворачивая. Пусть ожидаемо и бесцветно, как стакан с питьевой водой, зато спокойно. Никаких приключений на свою задницу.
Согласился пойти на сеанс только потому, что пригласила Римская. Для меня это было важно. Ведь рядом находилась та, к которой я был неравнодушен.
– Ребята! Это просто невероятно, что мы здесь! – восхищался Гришка, тщательно разглядывая керамическую фигуру в замысловатой позе. – Я обязательно выражу мысли в своих песнях.
– Главное, не переборщи с эпитетами, – хмыкнул Лешка.
– Обойдусь без твоего сарказма.
Тем временем, мы остановились перед тяжелой дверью цвета темного ореха.
Римская с волнением покусывала нижнюю губу.
– Волнуешься? – я незаметно взял ее ладонь и сжал в своей.
– Есть немного, – улыбнулась она.
Пока мы ожидали приглашения войти, мое внимание привлек шум, доносившийся из соседней комнаты, в которую была чуть приоткрыта дверь. Несмотря на это маленькое расстояние, было видно, как парень бросил два кубика и они покатились по доске. Парня звали Денис Акуленок. Почувствовав на себе мой взгляд, он обернулся. Я хотел уже сделать шаг в его сторону и узнать, что он здесь делает, как кто-то изнутри захлопнул дверь в комнату.
Снова появилась экономка и пригласила нас на сеанс.
Глава 2
Я сладко зевнул и понежился в постели. Было субботнее утро и можно было еще поваляться, но настойчивые звонки все же заставили подняться.
На пороге стоял Илья Сазонов.
– Пора вставать, брат. С добрым утром! – улыбнулся он.
– Ты что приперся в такую рань? Тебя обычно раньше одиннадцати не добудишься.
Друг, минуя меня, направился прямиком на кухню. Он открыл дверь холодильника и покачал головой.
– Вот что значит жизнь холостяка, – вздохнул Илья.
– Вообще-то, я не готовился встречать гостей в шесть часов утра.
– Все хотел спросить: где ты берешь такой кефир, да еще в стеклянных бутылочках? Вкусный причем.
Я терпеливо подождал, когда наполнится чашка кефиром, спросил:
– Выкладывай, что случилось?
– Помнишь вчерашний вечер?
– Смутно.
– Я тоже, – признался Илья. Он трясущимися пальцами вытащил из пачки сигарету и попытался закурить. Ему это с трудом удавалось.
– Тебя только этот вопрос интересует? – уточнил я. Выхватил у Ильи сигарету и точным щелчком отправил в мусорное ведро. В моем доме было правило – не курить!
Сазонов сделал большой глоток кефира. Он набрал побольше воздуха и скороговоркой произнес:
– Вчера я участвовал в гонках.
– Это вряд ли. Мы впятером ездили на спиритический сеанс.
Илья мотнул головой и поднял вверх указательный палец.
– Не перебивай. Это так. Четко помню, как мы с тобой неслись на байке навстречу «запудривания мозгов». Но, Ярик, я был на гонках, – друг подошел к окну. – Ты ведь помнишь старый добрый трюк, когда на повороте наклоняешь байк и касаешься кончиками пальцев дороги и ловишь кайф от скорости. Так вот, выровняв своего железного коня, я нутром почуял, что в соперниках, которые приклеились с обеих сторон, что-то не так. У обоих были прозрачные шлемы. Их лица не отражали человеческие черты. Скорее они походили на манекенов…
– Да брось, что за бред ты несешь?! Ты не мог там находиться, я тебе говорю…
– Ну что за привычка перебивать, – Илья раздраженно развел руками.
