Славкино лицо появилось из темноты, абсолютно чужое, искаженное каким-то бесшабашным безумием. Он грубо отстранился и, соскочив с диванчика, стремительно растаял в проеме маленького окошка.
Я проснулась около трех часов ночи, страх сковал руки и ноги. Я испугалась: вдруг комната опять будет исчезать, все вокруг начнет превращаться в маленький кукольный театр и даже Катькина кроватка растает в неизвестном измерении?
Однако на этот раз больное воображение оказалось переполнено до краев. Неуверенно ступая по полу, я доползла до ванной и умылась холодной водой.
Вернувшись в спальню уже практически в здравом уме, я обнаружила важную деталь: Вовки все еще не было. Заснуть заново мне это не помешало, однако около шести утра я проснулась от шевеления в коридоре. Стараясь не подавать признаков жизни, ибо не знала еще, что меня ждет, я лежала, укрывшись с головой одеялом. В ванной зашумела вода, через несколько минут на кухне пару раз хлопнула дверь холодильника. Звуки были упорядочены, без лишнего аккомпанемента, значит, не в стельку. Тут я вспомнила, что супруг подшит с гарантией на несколько лет, и ситуация усложнилась своей непредсказуемостью. Однако Вовка ровной поступью продефилировал до спальни и, не нарушая окружающей обстановки, потихонечку, очень координированно забрался под одеяло. Я не удержалась:
– Вовка, ты че так поздно?
– Да забыл тебя предупредить, у Сашки, помнишь, из моей группы, сын родился. Обмывали ножки.
– Ты тоже обмывал? Тебе же нельзя, может быть плохо.
– Да что ты начинаешь… Я пиво безалкогольное пил. Как идиот.
– Тебя никто не принуждал, ты сам так решил.
– Что я решил?
– Насколько я помню, ты решил жить с нами, а алкоголь и семья для тебя, к сожалению, вещи несовместимые.
– Слышишь, ты всегда все утрируешь. Со всеми бывает. Жизнь на этом не останавливается.
– Да, безусловно, все когда-то случается: душат кого-нибудь, писают в кровать или полдня блюют вместо того, чтобы пойти на работу.
– Ну все, начала. Хватит, короче – я сплю. Хоть бы спасибо сказала за новую кухню.
– Спасибо. Я думала, ты хоть извинишься за поздний приход.
– Извини. Спокойной ночи.
– Спокойной ночи.
Раз в неделю Вовка обычно требовал исполнения супружеского долга, и я поймала себя на мысли, что в принципе нет худа без добра: легкая размолвка позволила мне избежать десяти минут неприятного времяпровождения. Мне стало стыдно. Было очень жалко Сорокина.
