В какой-то момент мне поступило указание из суда: держать людей. Аресты не дают, Ляскин и Волков получают штрафы и спешно выдвигаются на открытие. К этому моменту мы уже наговорились с людьми, и они начали расходиться. Я «толкнул» проникновенную речь об особенности нашей исторической миссии для России, о наших 2-3% в океане недоброжелателей и лгунов, о том, что именно мы способны и можем принести спасительные перемены. Молодая публика оказалась благодарным слушателем, я всем своим существом чувствовал, как толпа поддается на уговоры, словно пластилин податливо принимает необходимую мне форму. Стало страшно, прошел адреналиновый озноб. Страшно от ощущения безропотности толпы, легкости внушения и власти, прежде всего от простоты манипуляций. Несколько дней спустя, перебирая в голове эти моменты, я представил Навального, что он чувствует, выступая перед этими юными поклонниками его таланта разжигать в них ненависть и вестись на глобальные обещания. Именно так из политической оппозиции мы быстрыми темпами превращались в гражданскую секту, выбрав себе в паству несформировавшийся, а потому уязвимый контингент - школьников и студентов первых курсов.
Ляскин и Волков таки успели на открытие, под самый конец, но небольшое количество народа еще оставалось. Вся троица получила огромный штраф: Ляскин - 250.000, Навальный и Волков — по 300.000. Тогда волонтеры долго обсуждали, как будет тяжело собирать такую огромную сумму для любимых лидеров, но они постараются и обязательно соберут. Удивительно, но лидеры и в ус не дули «париться» по этому поводу и специальным образом собирать деньги. Вопрос по уплате этих гигантских штрафов замялся сам собой и публично нигде больше не поднимался. Все нужные средства нашлись сами собой. Обошлось без дурацкой показухи, которую Навальный любил устраивать в своих прямых эфирах, зачитывая платные комментарии, тем самым показывая, что ради штрафов для людей кампания готова на любую возможность подзаработать. Вокзальная игра в наперстки выглядит куда честнее, чем подобные авантюры с доверившимися тебе людьми.
За все время существования помещения на Гиляровского, 50, а это были ключевые месяцы кампании, Навальный посетил штаб всего раз. И это была не теплая встреча с волонтерами или официальное выступление кандидата. Это было случайное недоразумение. Навальный заехал вместе с женой и гламурной компанией, явно не смахивающей развязным поведением на наших скромных волонтеров. Выяснилось, что они гуляли по городу, тусовались, благо погода стояла отличная, и неожиданно для самих себя решили заехать в штаб. Юлия Навальная хотела сделать модные фотографии, а всю праздную компанию затащил в штаб друг Навального Александр Хоменко, который занимался вопросами с недвижимостью (в бизнесе и как теневой помощник в кампании) и очень хотел продемонстрировать последние успехи. Сам Алексей был одет как пляжник, в шортах и поло. Юлия сразу же зациклилась на фотосессии с большой надписью «Навальный-2018». Главным разочарованием тут стал даже не тусующийся кандидат в шортах, случайность посещения и даже не его праздная компания, а что поговорить ему с волонтерами было не о чем. С сотрудниками хотя бы состоялся дежурный разговор в стиле «что людям предлагаете», а вот с волонтерами оказалось потяжелее. Отправляющиеся агитировать люди неожиданно увидели предмет своей агитации - беззаботного и расслабленного человека в пляжном «прикиде», не знающего, о чем с ними потолковать. Чувствовалось напряжение. Из положения вышли традиционным для кампании способом: собрали всех волонтеров в кучу и сделали фото. Для твиттера самое то. Из руководства в штабе был только я.
Навальный тогда впервые заговорил об Александре Туровском напрямую, хотя прошло уже больше двух месяцев. Видимо, других тем на ум просто не пришло:
- Мутная какая то ситуация произошла, непонятная, — совершенно отстраненно и флегматично проговорил Навальный, как будто речь шла о мешке картошки или коробке с потерянными листовками.
- Да, для всех в штабе это до сих пор шок. Непонятно, он ведь всегда был отличным парнем.
- Мутная история, конечно.
Словарный запас был, видимо, тоже исчерпан, так как фразочка-паразит «мутная история» употреблялась Алексеем регулярно и была одной из самых повторяющихся в частном общении.
Тут в разговор вмешался довольный от успешной демонстрации штаба Хоменко:
- Да наркотики подбросили в карман и заставили выступить. Делов-то.
Навальный в эфирах и видео и Навальный в реальной жизни, без помощников, которые готовы скакать вокруг и развлекать толпу, как это часто делал Ляскин, — это два совершенно разных человека. Странная кампания, страдавшая от дефицита содержания и большого смысла, только усугубляла этот внутренний момент.
