Туровский звонил мне ночью. Жаловался, что с утра его точно выпишут и повезут в суд, Полицейские всё время были рядом и своим поведением выражали недовольство вынужденной ночью в больнице. С утра на YouTube-шоу «Кактус» вместе с Ляскиным мы как могли осветили ситуацию и призвали всех приезжать на суд к Туровскому. Нужен был резонанс, только массовое общественное внимание и СМИ могли помочь человеку, не по своей воле оказавшемуся в тяжелой ситуации. Я мысленно возвращался назад и анализировал всю тактическую пошлятину, которую ловко провернул Волков нашими руками и нашими же человеческими переживаниями. Специально присланные миллионные тиражи агитки, в десятки раз преувеличенные объемы планов на субботник, прозябание в чужом помещении назло собственнику — операция удалась! А Туровский теперь просто щепка, необязательное дополнение к публичному успеху, побочный эффект.
Днем 7 июля состоялся суд. Фонд учел резонанс и отправил туда троих адвокатов. Комичная ситуация. Почему именно троих и в чем особая эффективность в этом для административного процесса? Ни в чем. Надо было спасать лицо, бывалые аппаратчики из Фонда борьбы с коррупцией учли раннюю невнимательность к случаю, который вопреки всему стал резонансным, и решили-таки прикрыть свою пятую точку перед прессой и возможной реакцией Алексея Навального, у которого в этот день как раз заканчивался очередной административный арест. Навальный никогда не страдал заботливой внимательностью к отдельным человеческим случаям, но Жданов решил не рисковать, тем более, что один из адвокатов был его давнишний приятель, которому он регулярно подкидывал халявную работку, в том числе и в злополучный день 26 марта. Вероятно, всё это делалось не без финансовой отдачи, в простонародье называемой «откатом», потому что гонорары у адвокатов ФБК были немаленькие, а работа несложная, без особых требований и ожиданий от результата.
Небольшой зал был набит битком, от федерального штаба и руководства не было никого. Из сотрудников присутствовал только я и девчонки из московского ресепшена, которые просто олицетворяли собой человечность и не прониклись разрастающейся корпоративной бездушностью. Процесс шел стандартно, адвокаты умудрялись давать друг другу высказаться, но было видно, что их количество доставляет им самим один дискомфорт. Пресса была на любой вкус. Кто-то из репортеров уместно пошутил, что здесь камер больше, чем будет на встрече Навального. Навальный выходил примерно в то же время, как должно было начаться заседание. Многие пишущие и снимающие СМИ ждали его в суде. Казалось абсолютно логичным, что кандидат должен приехать по такому, абсолютно нерядовому случаю, который взбудоражил всю неравнодушную общественность чередой несправедливости к обычному сотруднику штаба. Могла получиться очень человечная и красивая история — не про мифические горизонты побед, а про правильное отношение политика к своему стороннику, здесь и сейчас.
Навальный не удивил. Он позвонил Туровскому еще до начала суда и отпустил в его адрес пару дурных дежурных шуток из разряда «чувак, как дела, 30 суток еще никому не помешали, ничего страшного». Монолог длился секунд 15. После этого диалога больше Навальный о Туровском не вспоминал до момента публичного выступления последнего, да и то сугубо из необходимости внушить толпе, кто враг и с кем дружить не стоит.
Суд признал обвиняемого виновным и назначил штраф в 500 рублей. Полицейским всё сошло с рук. Присутствовавшая на суде семья Александра сильно перенервничала, ажиотаж вокруг заседания сказался. Дальше Туровскому дали «отпуск», Любовь Соболь его пригласила в «Кактус» на 20 минут и на этом всё. Только Николай Ляскин как глава московского штаба иногда спрашивал меня, «как там Саша».
Интересно, если бы Александр с самого начала понимал, какой опасности его подвергли собственные руководители в погоне за хайпом и ростом донатов, дежурил бы он ночами в том злополучном штабе без света? Легче всего обманывать людей, которые верят в изменения и живут благими намерениями. Пока таких «туровских» бьют и задерживают, кто-то благополучно сколачивает себе политический капитал и «греет воздух» перед таинственными инвесторами. И всё это под пахучим соусом борьбы за «прекрасную Россию будущего». Соусом, который мы добровольно подавали к самой настоящей лапше.
***
К 8 июля все теневые задачи «субботника» были практически реализованы. Большой информационный бум случился, истерия в прессе по поводу помещения штаба и газет прошла на ура. Оставалось только провести, собственно, сам «субботник». Штаб всё неплохо подготовил. Как и просил Волков, формула была подобрана под максимальное количество контента с улицы.
