– Ну, если бы я был одет, как ты, было бы странно.
Хипстеры на лавочках курят и смеются.
– Мне интересно, знаешь, что сближает всех этих крутых ребят, – говорит Лея. – Как они выходят друг на друга? Почему у меня нет такой компании? Что я делаю не так? Я смотрю на них, и мне так хочется… Хотя ты у нас домашний мальчик… Короче, забей!
Рома пожимает плечами.
Лея закуривает.
– Здесь все одеваются как-то по-другому, – говорит она.
Рома кивает.
– Вообще, спасибо, что согласился со мной погулять, – говорит Лея. – У меня вообще депресняк. Оксана уничтожила мое платье. До сих пор не могу прийти в себя.
– А ты уничтожила мой мозг. Это намного хуже, чем платье. И ничего. Я хожу. Даже живу с тобой в одной квартире.
– Прости, что с мозгом так получилось. Но, если честно, ты сам его себе уничтожил. Пришлось доверить его ремонт дяде-психотерапевту.
– Спасибо за заботу, – саркастично отвечает Рома. – Кстати, Андрей сказал бы тебе: «Печаль – это как трусливая собака. Если ты бежишь от нее, она за тобой гонится, а если идешь ей навстречу, она убегает».
Лея задумывается.
– Спасибо, Ромик. То есть Рома. Прости… Лея краснеет. Рома мрачно смотрит на нее.
Рома и Лея сидят на зеленой скамейке на детской площадке перед домом. Вечер, темнеет, зажигаются фонари.
Под детскими качелями большая лужа.
– Раньше мы все время на них качались, – говорит Лея. – А теперь почему-то не тянет.
– Это ты качалась, высоко, а я всегда боялся упасть.
Рома откидывается на спинку скамейки и глядит на сестру. Лея тянется за телефоном, он у нее в кармане.
Рома спрашивает: «Можно?» – и после Леиного кивка кладет голову ей на колени.
– Прости, в этом вообще ничего любовного нет, – объясняет Рома. – Мне это просто приятно. Но тебе, наверное, не очень.
Рома возвращается в вертикальное положение.
Неловко приобнимает Лею, кладя руку ей за спину. Она отстраняется. Рома убирает руку.
Кладет голову ей на плечо. Лея вздыхает.
– Что ты все маешься, – скучно говорит она. – Рома, давай помиримся? Будем снова дружить, как раньше?
– Дружить? – спрашивает Рома. – Ты хоть представляешь, как мне это сложно?
– Но ты же всегда был моим лучшим другом! Другом, который никогда никуда не уйдет.
Рома смотрит под ноги.
– Это твое мнение, – говорит Рома, поднимается со скамейки и уходит.
Мама и Оксана в большом супермаркете. Мама везет тележку с едой и держит Оксану за руку.
– Катя! – к маме подходит знакомая соседка, энергичная полная дама в очках.
– О, Аня, привет, – приветливо отзывается мама.
– Как я рада тебя видеть! Куда вы пропали?
Оксана вырывает у мамы руку и убегает в глубь магазина.
– Да, понимаешь… – говорит мама. Она озабоченно смотрит вслед Оксане. – То одно, то другое…
Аня смотрит на нее с сочувствием.
– Девочка, кажется, непростая?
– Да, непростая. Ее только что из психдиспансера выписали, вот решила купить ей что-нибудь вкусненькое. Слушай, нам надо ее поймать, она сейчас весь магазин перевернет. Она, наверное, к конфетам побежала. Или к булочкам, она любит здешнюю выпечку.
Аня с готовностью кивает, мама с Аней быстро прочесывают супермаркет.
– Заходи как-нибудь в гости! Так давно не общались, – говорит Аня.
– Да куда мне. Мне ведь нужно справляться со всем этим…
Оксана находится в отделе сладостей: она собирает лежащие на стендах конфеты, сует их себе в рот и распихивает по карманам.
– Уф-ф-ф, – говорит мама.
– А что делать? – спрашивает Аня.
– Не знаю, – беспомощно отвечает мама. – Надо ее схватить и вытрясти из нее все это, но она начнет орать и драться.
– Оксаночка, – милым голосом говорит Аня, – так же нельзя. Сначала мама должна заплатить за эти конфеты, а уже потом, дома, ты их будешь есть.
Оксана продолжает энергично жевать.
– Давай ты вытащишь все из своих карманов, мы это положим в пакетик, потом в мамину тележку…
– Ха! – говорит Оксана.
К прилавку подходит охранник, молодой человек крепкого сложения.
– Простите, пожалуйста! – говорит мама. – Мы за все заплатим. Не уследили за девочкой, она у нас с особенностями.
– Сами вы особенные, – жуя, говорит Оксана. – Столпились, блин… как куры. Куры-дуры, ха!
– Вам помочь? – спрашивает охранник. – Может, мне вывести вашу девочку и подержать ее на улице?
Он подходит к Оксане и берет ее за руки. Оксана энергично вырывается.
– А-а-а-а-а-а-а! Укушу тебя! Отпусти, мразь! – вопит она и хохочет. Оксана пытается лягнуть охранника, но тот уворачивается.
– Еще и продукты эти, – говорит мама. – Бросить их, что ли…
– Давай я заплачу? – предлагает Аня. – А вы на улице подождете.
– О, спасибо, давай, возьми мою карточку, пожалуйста. И за конфеты… не знаю сколько. Вас как зовут? – спрашивает мама охранника.
– Николай, – отвечает он. Он держит хохочущую Оксану и не без удовольствия защищается от ее лягающих ног. Оксана пытается его укусить, но Николай ловко выгибается и Оксана лязгает зубами в воздухе.
– Вот, – говорит мама, – мы сейчас вместе с Николаем выйдем, а потом он вернется и подскажет, сколько мы должны за конфеты.
– А вы ее удержите сами? – спрашивает Николай. – Мне нетрудно, но у меня разряд.
– Ну а что делать-то? – отвечает мама.
