– А своя голова тебе зачем? – говорит Марк. – Я почитал про здешнюю психиатрию – тут всем подряд ставят тяжелые диагнозы и назначают таблетки. Кошмар тебе приснится – как вот Яне – и сразу назначат. В больницу попадешь – тебе тоже назначат. И что, ты будешь их пить?
– Но она же не случайно туда попала, – отвечает мама. – У нее есть реальные проблемы с психикой.
– Тебе не кажется, что все ее проблемы связаны с тем, что она выросла в детском доме и сформирована тамошней средой? – говорит Марк. – И просто не надо было ее оттуда забирать? Это как рыбу из пруда вытащить и ставить ей диагнозы, раз она странно себя ведет – прыгает, задыхается и закатывает глаза.
– Ну а что ты предлагаешь? – спрашивает мама.
– Вернуть ее обратно! – говорит Шура. – В детдоме же ее все обожали.
– Да что ты говоришь, Шурочка! – возмущенно отвечает мама. – А если бы мы так с тобой поступили? Поводов было достаточно.
– Вообще-то, я согласен с Шурой, – говорит Марк.
– Ты серьезно?
– Да.
– Но понятно же, по ее поведению, что с ней там ужасно обращались, – говорит мама.
Лея внимательно слушает. Рома смотрит на стол. Юра, стоя у кассы, поглядывает на Фрайманов.
– Зато когда вы насильно впихиваете ей таблетки, держите ее за руки и грозите ей ремнем – это прекрасно, – отвечает Марк. – Ребенок попал в спокойную доброжелательную обстановку, теперь у него все хорошо.
– Ну, вообще-то, изначально у нас вполне нормальная была обстановка, – говорит мама, – и ремень мы никогда раньше не использовали.
– Но сейчас обстановка ненормальная, – отвечает Марк. – И другим детям стало опасно находиться в собственном доме. Что должны думать Яна с Лешей, когда они все это видят? Тебе не кажется, что их это травмирует? Что это плохой, вредный опыт, без которого им лучше было бы обойтись?
– Конечно! – говорит мама. – Если бы у меня была возможность отмотать время назад и просто не брать эту девочку из детдома – я бы так и сделала. Но такой возможности ведь нет.
– Зато есть возможность вернуть ее обратно.
– Ну как?! Может… – мама задумывается, – может, нам снять какую-то квартиру, поселить там Оксану с няней… или найти няню со своей квартирой, чтобы она брала к себе Оксану на будние дни… или мы могли бы найти какой-то интернат, где бы она жила, а мы бы ее навещали…
– Не понял, чем интернат будет отличаться от детдома, – говорит Марк. – Кроме цены, конечно. Что до няни с квартирой – это уже совсем сложный расклад, а в чем смысл? В том, чтобы избавиться от ребенка?
Мама вздыхает.
– Может, дело вообще не в Оксане, а во мне? – грустно спрашивает она. – В том, что я не могу ее полюбить? Раньше мне было ее жалко, но я так от нее устала… Теперь, когда она начинает орать, я ей вообще не сочувствую, просто хочу, чтобы она наконец заткнулась. Может, проблема в этом? Она видит, что мы ее не принимаем, и поэтому ведет себя все хуже?
– Да какая разница? – отвечает Марк. – Так больше не может продолжаться. А почему так вышло – вроде все понятно. Слишком сложный ребенок, слишком много других сложных детей, слишком много самых разных проблем. Все это слишком.
– Короче, я за то, чтобы Оксану вернуть, – говорит Шура. – Кто со мной, поднимите руки.
Лея поднимает руку. Марк тоже осторожно приподнимает. Мама сидит в нерешительности.
– Рома, ты за? – спрашивает Шура.
Рома молчит.
– Ладно, три против двух, – говорит Лея. – В любом случае большинство за детдом.
– Ага, – говорит Шура. – Хотя бы финансовое положение улучшим, некому будет воровать.
Шура улыбается.
Рома резко встает из-за стола, берет Шурин стакан с колой и выплескивает его Шуре в лицо.
– Ты чего?! – вопит Шура.
Юра выходит из-за кассы и с решительным видом направляется к Роме.
– Ты злая и лицемерная, – мрачно говорит Рома.
– Рома, успокойся… – испуганно говорит Лея.
– Вы все злые и лицемерные! – кричит Рома. – Вам всем плевать! На меня плевать! И на других плевать! Понабрали детей, а любить их – это вы не хотите! Как я вас ненавижу…
Рома осматривается и кричит посетителям кафе:
– Я вас всех ненавижу, поняли?! Зачем вы меня забрали?!
Посетители молча наблюдают за Ромой. Юра подходит к Роме и хватко прижимает его спиной к себе.
– Эй ты, придурок! Ты чё мою девушку обижаешь? Ты чё разорался тут?!
– Юр, да успокойся, – говорит Шура. – У нас свои дела.
Рома пытается вырваться.
– Отпусти его, я тебе сказала! – говорит Шура.
Юра отпускает Рому. Тот пятится назад и ударяется спиной о дверь кафе. Рома и Юра мрачно смотрят друг на друга. Рома уходит.
– Так, ладно, – говорит Шура. – Конечно, так себе момент, но… мама, папа, это мой парень – Юра.
Юра приветливо машет рукой.
– Здрасьте.
Мама и Марк нервно переглядываются. Марк сдержанно кивает.
Ночь. Комната мамы.
На компьютерном столе светится настольная лампа. Мама сидит с чашкой чая, что-то печатает, поглядывает в детскую.
В детской горит тусклая желтая лампа. Доносится размеренное сопение Леши.
Оксана сидит в своей постели. Одеяло скинуто на пол. Оксана раскачивается взад-вперед, ее глаза полузакрыты, она негромко подвывает.
Мама подходит к ней.
– Оксана, ты разбудишь Лешу, – шепотом говорит она.
