- Я прошу у тебя прощения за то, что произошло. И клянусь тебе... Именем своим клянусь: я не причиню тебе зла.
Девушка непонимающе замерла.
Всевышний... да он ли это?! Лер Легран?!! Но нет, вроде его не подменили и не навели никакой личины. Это он. Несомненно. Те же губы, на которых застыла виноватая улыбка, то же безумно привлекательное лицо, тот же мягкий завораживающий голос, ласкающий слух теплым бархатом слов, те же бездонные зеленые глаза, в которых так и хочется утонуть... пронзительные, невероятно яркие... манящие, зовущие... нет, уже почти горящие зеленым безумием! Полные сладкой неги, почти открытого приглашения, поистине нечеловеческой страсти...
- Я никогда его не забуду, - внезапно проступили перед ее внутренним взором быстро истаивающие страницы чужого дневника. - Мой старый друг... враг... тюремщик и предатель. Признаться, я верил ему. Многие и многие годы. Верил так, как, пожалуй, не верил еще никому. Я не знал тогда, насколько чужды его помыслы и стремления. Не знал, что для него... впрочем, как и для них всех... не существует понятия верности. Просто потому, что мы - не они. И мерить их нашими рамками - совершенно нелепая затея. Жаль, что я понял это слишком поздно. Жаль, что я так долго позволял себя обманывать. Жаль, что так часто рисковал смотреть в их души. И ужасно жаль, что не распознал эти ловкие чары сразу... Чары Подчинения, которые мой доверенный враг не погнушался использовать после двух веков обманчиво крепкой дружбы. А звали его...
Айра вздрогнула, разом очнувшись от наваждения, немедленно отступила и внезапно охрипшим голосом произнесла:
- Это... очень серьезная клятва, лер.
Лер Легран медленно наклонил голову
- Да. Но я даю ее тебе. Сегодня и навсегда.
- Тебе стоит запомнить это имя, сын, - эхом прошептал в голосе чей-то печальный голос. - Хорошенько запомнить, потому что ты будешь часто его слышать, если поднимешься в Ковене магов достаточно высоко или если вдруг окажешься в кругу Светлых Старейшин. Не повторяй моей ошибки: не смотри ему прямо в глаза. Никогда не забывай, как опасно приближаться к зеленым лесным озерам. Потому что красиво играющее на их поверхности солнце ни в один из дней не станет настоящим. Отражающаяся в воде обманщица-луна, к которой ты протягиваешь руку, ни на миг не станет ближе. А загадочные огни в глубине нужны лишь затем, чтобы ты безрассудно поверил в их реальность и, прельстившись холодной красотой далеких звезд, добровольно шагнул с крутого обрыва...
- Я-а... запомню, лер, - попятилась девушка, едва не зажмурившись. - Извините. Мне действительно пора.
Эльф чуть сузил глаза.
- Конечно. Иди. И помни об этом, - негромко повторил он.
Айра проворно выскочила в коридор, плотно притворила тяжелую створку и шумно выдохнула, потому что последние две минуты старательно задерживала дыхание. Некоторое время она напряженно прислушивалась к происходящему в классе, но быстро убедилась, что лер Легран, довольно усмехнувшись, вернулся в свой кабинет. Затем быстро оглядела пустой коридор. После чего, наконец, облегченно перевела дух и, припомнив неуловимое изменение Щита коварного учителя, недобро прищурилась.
- Разумеется, лер, - тихо сказала она в тишине под злое урчание Кера. - Я запомню. Хорошо запомню, как вы умеет играть словами. И как умеете искусно обмануть, не сказав при этом ни толики лжи. Однако вы, кажется, забыли упомянуть одну маленькую деталь: ведь не причинять зла - не значит сделать что-то хорошее, потому что иногда даже мучительная смерть может быть использована во благо. И вот это я точно запомню.
На урок Естествознания она пришла самой последней - молчаливая, сосредоточенная и очень задумчивая. Молча прошла мимо удивленно обернувшихся учеников, молча отмахнулась от пришедших немного раньше Геса и Тора, так же молча заняла свое место, достала письменные принадлежности и даже не повернула головы, когда снаружи прозвучал сигнал к началу занятия, а в класс размашистым шагом вошел лер ля Роже.
Она рассеянно поприветствовала его вместе со всеми. Так же рассеянно села обратно, откинулась на спинку, неподвижным взором глядя прямо перед собой, пропустила мимо ушей всю ту чепуху, с которой нескладный мэтр начинал каждый свой урок. И, наверное, так бы и просидела в глубоком раздумье, если бы господин Сухарь не встал нарочито возле ее парты и не спросил язвительно в самое ухо:
- А вы что скажете в свое оправдание, леди?
Айра, оторвавшись от неприятных мыслей, удивленно подняла голову.
- Где ваше домашнее задание? - недобро прищурился учитель. - Где конспект на тему "Описания сути вещей" и ваше собственное мнение по поводу труда всей жизни многоуважаемого Ликора Навирского?
