«ДОРОГАЯ ЭМИЛИЯ!
Я больше не могу так жить, моя жизнь кончена… Прочитав это письмо, вы получите, без сомнения, новый ужасный удар, но миссис Пакстон не убивала Сильвию, я один во всем виноват. Я приехал в Хит-коттедж, когда гости уже разъехались. Мы поссорились с Сильвией из-за Ронни Пакстона, с которым она меня давно обманывала, а я ничего не знал. Обезумев от ревности, я ударил ее кочергой, она упала. У меня все время перед глазами, как она лежит, распростертая на полу, мертвая, убитая мной… Я вытер кочергу и вернулся домой, никем не замеченный, через выходящую в сад дверь библиотеки, в половине второго. Я не могу допустить, чтобы эту несчастную женщину осудили за убийство, которого она не совершала, она хотела только спасти своего мужа. Покажите письмо инспектору Маршаллу, пусть ее освободят. Спасибо, моя дорогая, за вашу любовь, которой я не заслужил. Берегите наших детей, не позволяйте им меня ненавидеть.
Генри».
Миссис Рикар сложила письмо, положила его в карман и, заперев дверь на ключ, покинула библиотеку. Она позвонила в Скотленд-Ярд и попросила к телефону инспектора Маршалла, который почти сразу ответил.
— Приезжайте сейчас же на Лаундс-сквер, инспектор, мой муж мертв.
Саймон смотрел телепередачу, когда миссис Рикар вошла в гостиную. Она подошла и выключила телевизор.
— Твой отец мертв, — сказала она.
— Мертв?
— Да, он покончил с собой.
Она налила две рюмки коньяку, одну протянула сыну.
— Выпей. Мы не могли услышать: в комнате хорошая звукоизоляция, к тому же, работал телевизор…
— Что же теперь будет?
— Я позвонила инспектору Маршаллу. Он сейчас приедет.
Саймон встал.
— Он оставил письмо? Обычно… они всегда это делают.
— Нет… м-м… Я не видела.
— Пойдем посмотрим. Иначе полиция прочтет его раньше нас.
Эмилия Рикар остановила его жестом.
— Нет, Саймон, я не хочу. Не надо ничего трогать. Я заперла комнату на ключ.
Миссис Рикар нащупала в кармане письмо мужа, без колебаний приняв на себя ответственность, которую он на нее возложил.
— Когда сюда приедет инспектор, ты уйдешь в свою комнату и останешься там, пока он не уедет. Ясно?
Саймон удивленно возразил:
— Да, но почему? Я не хочу прятаться, как мальчишка, мой долг быть с вами!
Она грустно улыбнулась.
— Делай, как я тебе говорю, Саймон. Потом все объясню…
Он допил свой коньяк и оставил ее одну.
Минут через десять приехали инспектор Маршалл и сержант Берри. Миссис Рикар открыла дверь библиотеки и пригласила их войти.
— Меня вы найдете в гостиной, — сказала она и вышла.
Через двадцать минут инспектор явился в гостиную, чтобы ее допросить. Она рассказала все, как есть: Генри весь день был очень возбужден, много пил, но ни разу не упоминал о самоубийстве.
— Он не оставил письма, миссис Рикар?
— В этом, по-моему, не было нужды.
Она посмотрела на полицейского.
— Могу я задать вам один вопрос?
— Разумеется, миссис Рикар.
Маршалл подумал, как спокойно и мужественно она держится, а ведь должна была жестоко страдать последние недели!
— Миссис Пакстон действительно обвиняется в убийстве?
Маршалл заметил, как заинтересованно заблестели глаза миссис Рикар.
— Нет еще. Пока она только задержана для допроса. А почему вы спрашиваете?
Миссис Рикар задумалась, поколебалась, потом посмотрела на сержанта Берри.
— Могу я вас попросить, сержант, оставить нас наедине с инспектором?
Полицейский согласился. Эмилия заперла дверь на ключ.
— Я не хочу, чтобы мой сын слышал то, что я вам сейчас скажу, он и так достаточно удручен. Объясните, пожалуйста, почему миссис Пакстон до сих пор не предъявлено обвинение в убийстве? В газетах сообщается, что она созналась.
— Да. Мой шеф решил не спешить с формальностями, пока не будут присутствовать ее муж и адвокат. Кроме того, она слишком взволнована, чтобы давать ясные, осмысленные показания.
— Она в тюрьме?
— Естественно, раз она созналась… Могу я, в свою очередь спросить, почему вас так интересует миссис Пакстон?
«В соседней комнате мертвец, — подумал Маршалл, — а ее единственная забота — судьба женщины, которую она даже не знает».
— Дело в том, инспектор, что миссис Пакстон не виновна, она не убивала миссис Ламберт. Это убийство совершил мой муж.
