Брюнеточка хватает за руку и тащит в клоаку извивающихся тел. Трется своей упругой задницей о ширинку, повторяя кругообразные движения, словно жопастая Ники Минаж, закидывает руки, обвивая шею, и подставляет грудь, которую я сразу же обхватываю и сжимаю. Соски под тонкой тканью набухают, но это ни черта не вставляет и не действует, сколько бы она не трусила задницей. Брюнетка так, мать ее, старается, думая, что какая-то особенная, но вызывает не возбуждение, а отвращение. Отцепляю ее руки и двигаюсь к нашему столику, ощущая злость и неудовлетворенность.
Текила и мэри (марихуанна) сегодня не на моей стороне. Наверное, я впервые чувствую себя так паскудно, когда вокруг взрываются постоянно салюты и звучат поздравления. Я лишний на этом бракованном празднике. Устало падаю на диванчик, оглядывая набравшихся веселых друзей, и ко мне сразу же приземляется очередная брюнеточка. Снова. Бросаю на нее безразличный взгляд, и в мозгу проносится: «Такая же». Фальшиво улыбаюсь и шепчу, чтобы она развлекла сегодня другого. Брюнетка надувает разочарованно накачанные губки, а Шем орет, чтобы я не обижал девочек. Баран. Мысленно посылаю его и прикрываю на несколько секунд веки, собираясь с мыслями. Надо вызвать Дани и свалить, возможно, накуриться в хламину и провести остаток ночи в компании косячка.
Но мои планы меняет проходящая мимо блондинка, в развивающемся полупрозрачном чёрном платье. Интуитивно поднимаюсь и следую за незнакомкой с длинными платиновыми волосами доходящими до поясницы. Взгляд обводит ее фигуру, замирая на покачивающихся бедрах, и на губах расплывается хищная улыбка. Эта ночка может быть не такой отстойной. Я двигаюсь за ней, словно в меня вселился озабоченный маньяк, готовый наброситься на жертву и разорвать. Она выглядит аппетитно, особенно ее сладковатый, но не навязчивый парфюм. Представляю, как наматываю на кулак ее светлую гриву, прижимаю к стене и подавляю почти вырывающийся стон.
Блондинка выходит на террасу, двигаясь в отдаленную часть, где не так многолюдно. Легкие наполняет свежий воздух, и с помутневших глаз спадает одурманивающая пленка. Девушка резко разворачивается, скрещивает руки на груди и грубо произносит:
— Чего тебе?
От неожиданности спотыкаюсь и сбиваю пальму в кадке. Я похож на засмотревшегося тупого осла и это резко понижает баллы.
— Автографы сегодня не раздаю, — блондиночка недовольно оглядывает меня и отворачивается, показывая, что интерес к моей персоне утерян.
Бля, да я отхватил золотую рыбку по имени Слэйн Хэйс.
Слэйн Хэйс — солистка женской метал-группы «SPLIT». Сексуальная рок-богиня и самая желанная девушка по версии журнала MAХIM. Я знаю о ней столько, сколько говорит желтая пресса, но уверен, что плакаты со Слэйн украшают стены многих фан-дрочеров, которые сдергивают на нее и выпрашивают у мамок бабки на концерты, чтобы пустить слюни и сперму в трусы. Да на эту малышку с губами Анджелины Джоли даже у мертвого встанет. Я не слушал музыку «SPLIT», но осведомлен, что Слэйн владеет прекрасным тембром в несколько октав, поэтому репертуар у группы довольно разнообразен. Но меня волнует, что скрыто под этой дорогостоящей тряпкой и правда ли, что она фригидна. Слухи ходят всякие в кругах, а мужики могут трепаться не хуже телок.
В крови уже возбудились нужные рецепторы азарта, и я включился в игру, испепеляя ее спину взглядом. Слэйн покосилась в мою сторону и вздернула бровью, медленно поворачиваясь. Локти уперлись в ограждение, а лиф натянулся, обхватывая грудь и выдавая то, что она без белья. Калифорнийский воздух забирался под платье и развивал легкую ткань, обнажая молочные стройные ноги. Я откровенно пялился и лапал ее, пока что только глазами, наслаждаясь картинкой. Хэйс не отставала, и я фибрами чувствовал, как голубые очерченные черной подводкой глаза шарят по телу. Странно, но сейчас это вызывало хитрую ухмылку, а в брюках становилось тесно.
— Мне нравится ваш второй альбом, — произнесла Слэйн глубоким голосом, поднимая уголок губ. — «Грязь», кажется.
Игра в «гляделки», где силы были равны, очень забавляла.
— Дать автограф? — кинул в отместку, но получил в ответ лишь усмешку.
Для меня Хэйс находилась в категории вы*бистых давалок, и лишь вопрос времени, когда она раздвинет ноги. Сегодня? В следующий раз? Внутри уже пробудился интерес и жажда игры. Я понял, что мы с ней слеплены из одного теста, такие же испорченные, грешные и порочные. Не требующие любви, ласки, телячьих нежностей и постоянства. В ней это отчетливо чувствовалось. От Слэйн Хэйс несло развратом, желанием и ответной тягой к запретному.
Выросший из-под земли, будто гриб, официант с подносом превратился перед ней в испуганного ягненка с влюбленным взглядом.
— Отвратная попойка, — пробормотала она, перебирая пальцами и постукивая по стеклянной ограде.
Я взял два бокала, но Слэйн качнула отрицательно головой, отказываясь.
— Хочешь свалить?
— Хочешь составить компанию? — промурлыкала она.
Губы растянулись в игривой улыбке, а взгляд скользнул и остановился на пухлых блестящих губах, которые блондиночка рефлекторно облизнула.
