Планшет выскользнул из рук и упал на колени. Я быстро заморгала, забыв, как дышать. Сердце ушло в пятки и провалилось в район первого этажа, если не ниже. Что за…?
— Что? — еле выдавила из себя.
— Ч-что? — Джи удивилась и взволнованно спросила: — Ты так побледнела. Тебе нехорошо? Может, воды?
Она метнулась в сторону кухни и через минуту вручила холодный стакан, который трясся в руках.
— Ливия, что-то не так? — Джи испуганно округлила глаза и хлопнула себя по коленке. — Ты, наверное, их фанатка?
Я чуть не поперхнулась и прижала ладонь к губам. Да, преданная поклонница, которая кувыркалась с одним из участников, втюрилась по уши и уже два с половиной года не может выкинуть паршивца из головы и сердца. Какая ирония, просто насмешка судьбы. Не представляю нашу встречу. Черт, кажется, я конкретно влипла, а ведь только недавно думала, что мне несказанно повезло. Хах, куда там. Очнись, Ливия, ты по-прежнему неудачница и снова столкнешься с одним невыносимым придурком. Меня пробрал истерический смех, и я громко рассмеялась своим хаотичным мыслям. Наверное, Джинет подумает, что я неуравновешенная психопатка, потому что ее пораженный взгляд это и подразумевает.
— Прости, — выдохнула и залпом выпила воду, немного приходя в себя. — Нет, я не ярая фанатка, но как-то посещала один из концертов в Нью-Йорке. Мне понравилось.
Джинет облегченно покачала головой, убирая выбившиеся пряди, и издала смешок.
— Черт… ты вела себя странно.
— Прости, не думала, что буду фотографировать, — его, — «Потерянное поколение». Вот что бывает, когда не знаешь имя клиента.
— Значит, все в порядке?
Я неоднозначно кивнула. «Не совсем, есть пару нюансов, которые значительно осложнят задачу». Маловероятно, что Габриэль вообще рассказывал о моем существовании и связи с «горничной Мисаки», с которой как-то переспал во время записи второго альбома в Нью-Йорке. Черт побери, просто в голове не вяжутся такие совпадения!
В руке Джи зазвонил телефон, и она, взглянув на экран, ответила.
— Да. Нет, я еще на встрече с фотографом, — она кинула в мою сторону извиняющийся взгляд и отошла к балкону. — Правда? Как круто! — доносились фразы, пока я приходила в себя и возвращалась из мини-приступа, который случился после столь ошеломительной новости. — Ладно, я заеду в магазин и куплю, увидимся дома.
Теперь пазлы в голове постепенно складывались в четкую картинку. Габриэль как-то говорил о Джи, что она прекрасный человек и отзывался о ней очень тепло. Теперь ясно, о ком шла речь. Элои сказал, что Джи девушка одного из музыкантов. Но…
— Твой парень? — улыбнулась я, чтобы не выдать волнения в голосе, когда Джинет присела на диван. Конечно, это дурацкое предположение, но любопытство сильнее здравого смысла.
— Да, Син, — я чуть ли не застонала от облегчения, но удержалась, чтобы избежать позора. Это было так заметно, что даже Джи захихикала. — Ты такая забавная, Ливия, только странно себя ведешь.
«Как идиотка, я знаю», — подтвердила мысленно ее слова.
— Прости, скорее всего, перелет, — виновато улыбнулась.
— Тогда отдохни, — с пониманием посмотрела девушка, поднимаясь. — Встретимся завтра. Я пришлю время и адрес. Приятно было познакомиться и пообщаться. Ты прикольная, Ливия.
— Ага, взаимно, — добродушно улыбнулась в ответ, проводив ее до дверей.
Прислонилась к стене и закрыла лицо руками. Что, черт возьми, только что произошло? Фотографировать «Потерянное поколение»? Габриэля? Нет, не представляю… Это самая идиотская и непредсказуемая ситуация, в которую я когда-либо попадала. Я ухватилась за шанс, подаренный судьбой, но она вновь посмеялась надо мной.
Отвлечься от навязчивых мыслей не так-то просто, когда тебя ждет встреча с человеком, который знает, как управлять твоим телом и разумом. Покупка продуктов, прогулка по Брентвуду до Центра Гетти, распаковка чемодана не помогли выкинуть одного непутевого музыканта из головы. Ночью я не могла сомкнуть глаз, думая только о предстоящей встрече и задавая множество вопросов. Узнает ли он меня или сделает вид, что мы не знакомы? Что говорить и как вести себя, когда сердце выпрыгивает из груди, а мозг машет рукой? Как притворяться, что он безразличен, если от одного красноречивого взгляда, голоса я выдам себя с потрохами? Я снова проиграю, а Габриэль будет упиваться победой, если… Если я для него окажусь пустым местом.
Разум хотел, чтобы он забыл меня, но сердце… Его не обманешь и не проведешь, оно твердило совершенно другое.
Когда он вошел в конференц-зал, я поняла, что пропала.
Габриэль помнил.
