Полицейский оглянулся по сторонам в поисках чего-то острого. В аптечке, как назло, ничего не нашлось. Тогда Роберт, не имея другого варианта, наклонился над раной и схватив нить с обеих сторон пальцами, зубами перехватил и порвал ее. В момент, когда склонялся и перехватывал нить, его губы нечаянно коснулись кожи Габриэля, заставив мышцу на теле последнего конвульсивно дернуться. Горностай отстранился и взяв телефон в руку, посветил на рану:
— Все. Жить будешь, — сообщил старший лейтенант. — Сейчас повязку наложу. И у меня где-то в бардачке должно быть обезболивающее.
— Спасибо большое, товарищ начальник… — Габи попытался приподняться на локтях, которыми все это время упирался в сиденье, но не смог и упав обратно на руки, сухо рассмеялся.
— Заткнись уже, — рыкнул на него Горностай. — Со своим товарищем начальником. Разве я зову тебя не по имени?
Старший лейтенант уселся рядом, подвинув ноги пассажира в сторону и сложил все обратно в аптечку.
— Нет. Нет, простите, — осекся Призрачный, попытавшись все же подняться и сесть так, чтобы Роберту досталось больше места. — Если подумать, то вы еще ни разу не назвали меня по имени, за исключением…
— За исключением? — смутившись от точного замечания, повторил Горностай, продолжив с деловым видом укладывать бинты и пластырь.
— За исключением, когда поймали меня! Так что, как видите, мы квиты.
Старший лейтенант закрыл аптечку.
— Я отвезу тебя домой. Назови адрес.
— А… Э, нет. Я сам доберусь! Вы меня просто выпустите из машины и все.
— Я тебя отвезу, куда ты собрался в таком состоянии? Боишься, что я узнаю, где ты живешь? — из серых глаз, повернувшего в его сторону голову полицейского вновь полетели молнии. — Ну ты же знаешь, где я живу? Регулярно ко мне домой наведываешься. Называй адрес — я отвезу тебя. Если уж мы с тобой заговорили о честности.
— Ну… это, — замямлил, смутившись, Габриэль.
— Об этом я и говорю, — хмыкнул Роберт, намекая руферу на то, что он скрывает от него. — Ты хочешь, чтобы на таких условиях я тебе доверял и дальше?
— Я… Ладно! Ладно, ваша взяла. Назову адрес.
— Так-то лучше, — буркнул старший лейтенант удовлетворенно и покинул заднее сиденье, хлопнув дверцей автомобиля. Оказавшись за рулем, он не тронулся с места, пока в воздухе не прозвучали координаты, необходимые ему. — Почему у меня такое ощущение, что я уже был там?
Вопрос полицейского остался без ответа. Он тронулся с места, приняв решение выяснить все на месте. Пальцы Горностая подрагивали на руле. Молодой мужчина постоянно поглядывал в зеркало заднего вида, которое настроил так, чтобы видеть своего сумрачного пассажира. Он корил себя за то, что послушал Призрачного и ушел с крыши. Надо было остаться и что-то придумать. Наверняка, нашелся бы способ не оставлять его там одного и не засветить себя. Застрелить обоих нападавших, к примеру.
Скулы на бледном лице Роберта напряглись. Как же. Бросить мальчишку на двоих подосланных бугаев. Черт возьми! Надо было же додуматься!
— Как ты? — не прошло и пяти минут, как полицейский задал этот вопрос.
Его очень сильно беспокоили мысли о самочувствии руфера. Он без конца облизывал губы, на которых остался отпечаток прикосновения к телу Грассо. Шустрый и сильный духом, Габриэль не производил впечатления ранимого человека. Но только что, оказавшись в его власти, на заднем сиденье его джипа, разорвав майку на худом теле пассажира, старший лейтенант вдруг увидел, насколько действительно щуплым он был. Ровно, как девушка. Тонкая талия, почти прозрачная кожа и еле уловимое дыхание, жизнь, которая плещется лишь в огромных медовых глазах.
Горностай с шумом выдохнул, пытаясь избавиться от осевшего в его легких, пьянящего разум аромата розовых роз.
— Все хорошо! — из темноты появилась белая ладонь, которую Призрачный поднял вверх, в подтверждение своих слов.
Роберт принял такой ответ, неопределённым взглядом в зеркало заднего вида, что он задержал на несколько мгновений на темноте за своей спиной.
Вскоре джип полицейского въехал на территорию заброшенного завода. Проследовал по уже известному пути. Остановившись и заглушив двигатель, Горностай недовольно изрек:
— Это ты называешь честностью и доверием? Опять притащил меня сюда? Там же ничего нет.
— Есть, есть, — вяло отреагировал почти уснувший за время пути руфер. — Я покажу. Это почти там же. Не сомневайся.
