Зоя вывела меня в сад, к бочке с водой, и стала поливать мне на голову из лейки. Вода смешивалась с грязью, затекала за ворот пропитанной болотной жижей футболки.
Когда я полностью пришел в себя и стал более-менее чистым, снял футболку и хорошенько выжал ее. Благодаря бабушкиным обедам я немного поднабрал в весе, а благодаря вечной беготне в Гнезде и колке дров вес ушел в мышцы, так что я был не против похвастать перед девушкой бицепсами. Тем более после нашего поцелуя. Точнее, двух поцелуев…
– Мы поговорим об этом?
– О… чем? – запнулась Зоя и покраснела.
Мне нравилось, как ее щеки заливала краска. Это вселяло надежду на то, что я симпатичен Зое.
– О твоей помощи мне, – усмехнулся и тоже, видимо, покрылся румянцем, потому что почувствовал, как горит кожа на лице.
– Я…
Зоя не успела ничего сказать, потому что к нам пожаловали гости. И не абы кто, а Толстый собственной персоной в сопровождении Глеба. При виде недруга у меня снова разболелась голова, а в груди начало печь от гнева. Глаза застилала пелена, и я машинально сделал несколько широких шагов навстречу Толстому, занося кулак.
Первый удар пришелся Толстому аккурат в нос. Кровь хлынула бурным потоком, но я, не обратив на это внимания, снова ударил. Я бил так быстро, что даже не замечал, что происходит вокруг меня. Лишь спустя некоторое время понял, что меня пытается удержать Глеб, а Толстый уже стоит на коленях и тихо плачет. Он ни разу не поднял на меня руку, не защищался от моих ударов, но от этого я только больше злился.
Глеб скрутил мне руки за спиной, не давая нападать на Толстого, тогда я размахнулся и пнул недруга ногой прямо в лицо. Чтобы Толстый понял, насколько я его ненавижу, чтобы ему тоже было больно и чтобы мне стало легче. Но легче не становилось.
– Почему ты здесь? Какого черта еще тебе надо?!
– Успокойся, Слав! – рыкнул на ухо Глеб все еще скрипучим из-за удавки голосом.
– Успокоиться? – еще больше взбесился я. – Легко сказать, это же не тебя он оставил умирать в болоте!
Я выгнул локоть и отпихнул от себя Глеба. Хотел и ему отвесить пару крепких ударов, но осекся, когда увидел заплывший глаз друга. Почти половину лица Глеба занимал здоровенный синяк. Это меня немного отрезвило.
– А с тобой что?
– Он вчера постарался. – Глеб махнул головой в сторону Толстого и погладил фингал. – Так что я тоже с удовольствием отпинал бы этого идиота, но взгляни на него. Он в шоке.
Только сейчас я посмотрел на Толстого как на человека, а не как на объект своей ненависти. Парень выглядел паршиво. И дело было не только в слезах, которые он лил не переставая. Толстый действительно, казалось, слегка поехал умом. Он сидел на земле, скрестив ноги, и покачивался взад-вперед, шепча себе что-то под нос. Прислушавшись, я понял, что он просил прощения, но прощать его не хотелось.
– Он оставил меня в болоте после того, как я его оттуда вытащил… Сегодня я снова уже попрощался с жизнью.
– Знаю, – просипел Глеб, положив руку мне на плечо. – Он прибежал ко мне, не мог толком ничего рассказать, но когда я сообразил, что речь о тебе и болоте, то сложил два и два. Рад, что ты цел… – Глеб нахмурился и чуть сильнее сжал мое плечо. – Честно признаться, когда мы тебя там не нашли, я чуть не поплыл. Напугал ты до смерти… Не знаю, что бы я делал, если бы ты… Если…
– Представь, каково мне пришлось, – ответил я, не заставляя Глеба договаривать, и так все было ясно.
Он кивнул и снова посмотрел на Толстого. Я тоже перевел взгляд на парня, но не смог сдержать эмоции и поморщился. В конечном счете церемониться с ним никто не стал, Глеб просто отправил Толстого восвояси. Я даже удивился, ведь и Зоя, и Глеб часто защищали Толстого и списывали его агрессию и неадекватное поведение на страх перед чертовщиной. Но, видимо, после последней встречи Глеба и Толстого и ситуации со мной наш лидер сделал правильные выводы насчет парня. Тот был безнадежен.
– Планов умереть на сегодня больше нет? – поинтересовался Глеб.
Я задумался, но потом все же отрицательно покачал головой.
– Рыжий бьется в истерике из-за кошмаров, надо бы проведать. Семен своими подсказками сводит его с ума, пора это прекращать…
– Упокоим мертвячку с Плотинки? – нахмурился я.
– Или Семена, – пожал плечами Глеб. – Ты ведь выяснил причину его гибели, значит, теперь он сможет уйти.
Рыжего и Кики мы обнаружили возле Плотинки уже ближе к вечеру. Окрашенное оранжевым вечернее небо настораживало меня, но Рыжий не хотел уходить домой. Он подлетел ко мне и схватил за грудки. Еще сырая футболка скрипнула под пальцами парня, но он даже не обратил на это внимания.
– Слав, скажи Семену, чтобы он перестал мучить меня кошмарами! Я не сплю уже какую ночь и просто готов убивать… Чего он от меня хочет?!
– Мне-то откуда знать, – буркнул я, пытаясь отцепить от себя Рыжего. – Я его с тех пор, как он про Висельника рассказал, не видел даже.
– Почему я? – не унимался Рыжий. – Почему Семен изводит меня кошмарами? Почему не скажет напрямую, чего он хочет?
– Да не знаю я!
