Сосредоточившись, я начала прижимать магией «хвосты» к земле. Вначале они стойко торчали вверх, но я тоже не луковица на грядке. Не хочешь ложиться, мы тебе сейчас все соки к корням направим! Но повторить фокус, спасший меня в прошлый раз, не получилось. Сколько магии ни вливала, треклятые «хвосты» опадать не торопились.
Разозлившись окончательно, я вложила всю силу. Фиолетовые ершики качнулись – давайте, ложитесь! – наклонились… Снова поднялись и закачались ровными рядами. И было в их движениях что-то необычное. То там, то здесь между «хвостами» появлялись дорожки, а иногда целые оконца. Только вот двигалось все это вразнобой!
– Может, обойдем? – предложила я, сердито глядя на танец фиолетовых хвостов и мелькающие прогалины.
– Прямо за этими зарослями начинается неисследованная территория, – отрицательно покачал головой Эрван, с прищуром глядя на «хвосты».
Мимоза незаметно отодвинулась от его ноги. Шелли спрыгнула с плеча начальства на горшок, соня даже не возмутилась.
– Я отвратительно прыгаю, – предупредила на всякий случай.
– Зато я отлично, – отозвался Эрван.
Не отрывая взгляда от покачивающихся зарослей, он слегка шевелил пальцами одной руки, едва заметно кивал, словно что-то подсчитывал.
– У меня почти не осталось магии, – напомнила я. – Нужно время, чтобы она восстановилась.
– Как раз и восстановишься. – Неугомонное начальство, все так же пристально всматриваясь в «хвосты», шагнуло ко мне и подхватило на руки.
Я вцепилась в шею Эрвана, и мой нос оказался аккурат рядом с острым ухом. Ухо, потревоженное моим дыханием, смешно шевельнулось.
– У меня тоже уши заостренные, но я так не умею, – прошептала я.
– Оглушишь, будешь сама об опасности предупреждать, – усмехнулся Эрван.
Я торопливо отодвинулась.
– Так, дамы. – Эрван быстро покосился на живность. – Либо занимаем места на моих плечах, либо сами скачем следом.
«Дамы» скакать отказались. И торопливо бросились к нему. Шелли и соня первыми оказались на плечах. Выяснили, что одно занято мною, перебрались на противоположное и дружно вцепились в рубашку. Мимоза протянула ветви и повисла на спине, точно рюкзак с горшком, подмяв под себя свернутый плед.
– Держаться, не вопить, не пищать, не скулить, не шуршать, – проинструктировал Эрван.
Шелли и соня возмущенно фыркнули. Мимоза сложилась компактнее. А я крепче стиснула шею начальства.
– Душить меня тоже не стоит, – усмехнулся Эрван.
Я немного ослабила хватку.
Эрван ловко нырнул между двумя разошедшимися рядами. Я поджала ноги, прильнула к его груди, стараясь стать как можно меньше. А он уже был на следующей прогалине.
Шаг, поворот, прыжок, перескок.
Он двигался быстро и грациозно, как кот. Фиолетовые «хвосты» качались все быстрее, Эрван в последний миг уворачивался от кистей щекотуна. Казалось, они вот-вот коснутся его, но – хоп! – и мы были уже на новой прогалине. Щекотун возмущенно шуршал, начальство насмешливо фыркало в ответ.
А заросли все тянулись. Неудивительно, что я потратила столько сил, тут же целое поле!
Прыжок, снова прыжок… Казалось, так будет вечно. Но в конце концов мы все же очутились среди обычных зеленых кустов, оплетенных лианами.
Эрван сгрузил меня на землю, согнал живность, ловко раздвинул ветки, освобождая путь. Останавливаться и переводить дух он явно не собирался.
Нырнув следом за ним в зеленый проход, я не выдержала и спросила:
– Усы, уши и ловкость, да? Это то, о чем ты мне не сказал? Она у тебя от отца?
– Нет, – отрицательно качнул головой Эрван. – Ловкость у меня от дяди, бывшего охотника богини ночи. У него через сутки тренировок даже бревно начнет прыгать.
– Сколько же у тебя родственников? – с любопытством спросила я, оценив дополнение к комплекту из бабули-модницы и отца-экспериментатора.
– Хватит на небольшое войско.
А у меня и отряд не получится.
– Повезло тебе, – вырвалось у меня.
– С какой стороны посмотреть, – покачал головой Эрван, но по губам скользнула теплая улыбка. – Когда в твоей семье собрались представители почти всех существующих рас и направлений магии, это, знаешь ли, чревато: в твою жизнь постоянно лезет толпа родственников. А если они заметят проблему… Даже если это заноза, вытаскивать ее будут минимум по трем технологиям, одобренным всеми бабушками, и с применением всех видов магии.
Я невольно рассмеялась, представив, как Эрван отбивается от родни, объясняя, что у него есть одна простая технология для заноз: булавка.
Я ему по-хорошему завидовала. Только тут, посреди леса, я поняла, откуда взялась моя любовь к раскопкам: там я чувствовала себя частью семьи, большой, шумной, пусть и временной, но семьи. И дедушке там тоже нравилось.
– Награду получает упорный! – раздался бодрый голос Эрвана.
Он, раздвинув лианы, восторженно на что-то смотрел. Шелли, мимоза и соня покосились на меня. Ну и трусихи! Прямо как я. Осторожно подобравшись к Эрвану, я глянула через его руку.
Посреди джунглей стоял дворец!
Не веря своим глазам, я поморгала, но дворец никуда не исчез…
Самый настоящий дворец на большой прогалине, окруженной со всех сторон густыми джунглями.
