Первым делом, зайдя к себе, я приняла душ и надела пижаму. Мне показалось глупым бежать со всех ног в комнату Гуннара и искать книгу, о которой он сказал. Это было не так важно для меня, и мне в самом деле было все равно, кто такой водяной, тем более что где-то я уже слышала это слово, в каком-то фильме или разговоре или читала в книге и примерно представляла, кто это может быть. Но когда начало светать, а я так и лежала без сна, я решила, что просто должна все узнать. Накинув спортивную куртку прямо на пижаму, я вышла из комнаты. Задняя дверь кабины Гуннара находилась приблизительно в десяти метрах от моей передней двери, и это пространство разделялось деревянным двухметровым забором — такой ужасной ценой обеспечивалось частное пространство каждого. Обойдя забор, я подошла к цветочному горшку, о котором он говорил. Ключ был спрятан в нем. Я открыла дверь и вошла внутрь.
В комнате Гуннара стоял тот же самый слабый запах плесени, который исходил от его одежды. Возможно потому, что его одежда была разбросана везде — в спальне, в ванной и на кухне. Я изумилась, до чего же он неаккуратный. Мама всегда говорила, что мужчины, которые предоставлены самим себе, в конечном итоге вернутся к первобытному состоянию. В углу гостиной на столе стоял компьютер. Стены комнаты были завешаны набросками — не особенно удачными — изображениями воинственных Викингов и мифических животных. Также на стене висел искусственный меч, и была приколота фотография: Гуннар с друзьями, все одетые в костюмы. Длинные туники, штаны с кожаными вставками, завязанные на лодыжках, а в руках держали копья и щиты. Я почувствовала глупое смущение за него, сама не знаю почему. Его стол был завален какими-то бумажками, грязными кружками и стаканами. Книгу, о которой он говорил, я обнаружила на диване. Открыв ее, я прочитала определение слова «водяной»:
Водяной — оживший дух утонувшей жертвы, часто рыбака, тело которого состоит обычно из воды. Водяной — распухший и бесцветный, со слабым блеском в глазах, и часто весь покрыт морскими водорослями и травой. Его цель — затащить других к себе на дно, чтобы они составили ему компанию. Убить водяного можно только отрезав ему голову.
Я перечитала определение несколько раз, прокручивая прочитанное в голове. Где я раньше это слышала? Но я не помнила, чтобы когда-либо читала скандинавский фольклор. Возможно, я проходила это в школе, когда нам рассказывали о древних богах и днях недели, которые были названы в честь них.
Я оставила книгу, заперла дверь и вернулась в свою комнату. По небу поплыли розовые облака, и мне нужно было поспать.
Через неделю после моих ночных дежурств Магнус посчитал меня вполне разбирающейся в метеорологии и доверил мне ассистировать ему в климатических исследованиях и составлении прогноза погоды. Эта работа казалась мне более интересной и нужной.
Однажды, незадолго до того, как они должны были отправляться на конференцию по метеорологии, он пришел и попросил, чтобы я помогла ему установить какое-то оборудование в лесу.
— Доброе утро, Виктория. Как спалось? — спросил он, когда я открыла дверь своей комнаты и убрала ключ в карман.
— Спасибо, хорошо. Я думаю, я все еще отсыпаюсь после ночных смен.
— Ах, да. Иногда бывает трудно вернуться к нормальному режиму. Вот. — Он протянул мне пластиковую коробку с крышкой. Она была тяжелой, а сам он ничего не нес.
— Следуй за мной.
Мы молча шли несколько минут в сторону леса. Когда мы отошли на довольно приличное расстояние, он обратился ко мне, обернувшись через плечо:
— Что ты думаешь о Марианне?
— О Марианне? Она довольно милая. И готовит вкусно.
— Но ты считаешь ее красивой?
Такой вопрос сбил меня с толку.
— М-м…
Он приостановился, и теперь мы шли бок о бок. В его поведении было что-то мальчишеское.
— Ты думаешь, она подходящая партия для такого мужчины, как я?
Я не знала, как реагировать. Его откровенность и обаяние подкупали, но тот факт, что он ждал, пока мы останемся наедине, чтобы спросить об этом, показался мне странным.
— Я не знаю, как ответить на этот вопрос, — произнесла я уклончиво, надеясь, что на этом он отстанет.
— Мне кажется, я ей нравлюсь, — сказал он заговорщицки. — А ты как думаешь?
То, каким пожирающим взглядом Марианна смотрела на него и как говорила о нем, подтверждало его предположения.
— Ну… может быть…
Начался дождь, и он накинул капюшон. Мои руки были заняты, и я не могла сделать то же самое.
— Хотя не думаю, что нам было бы хорошо вместе, — продолжил он, — я в самом деле мужчина, которому нужна более умная женщина. В этом-то и заключалась проблема с двумя моими предыдущими женами. Они обе были красивы, но недостаточно умны.
Я продолжала молчать, надеясь, что это вдохновит его сделать то же самое.
— Здесь есть большая поляна и большая скала в форме наковальни. Это место я присмотрел, чтобы установить оборудование, — сказал он. — Остановимся там.
