Входя в церковь, я всегда ощущал покой в душе, который появлялся у меня только здесь, как и тепло, которое разливалось по моим венам.
Каждое воскресенье наша семья ходила в церковь, и для моего брата это было настоящей пыткой, потому что с тринадцати лет он яростно отрицал существование Бога и пытался доказать это родителям, что всегда выводило Ребекку из себя. Не смотря на его уговоры, она вела его в церковь, надеясь каждый раз на то, что он образумится, но этого не происходило.
Меня завораживал мужской хор и звуки органа и я чувствовал в своей душе ту лёгкость, которой мне всегда недоставало в жизни.
Отделившись от семьи, которая заняла место возле алтаря, я сел на предпоследний ряд и закрыл глаза, слушая хоровое пение, которое меня успокаивало, и отстранился от всех ненужных мыслей.
– Ты надеешься найти здесь покой, но ты найдёшь его лишь тогда, когда разберёшься, что происходит в твоей душе. – Услышав шёпот, я распахнул глаза и увидел рядом с собой Лину, одетую в пёстрое платье и джинсовую куртку поверх него. Волосы заплетены в косу и перевязаны алой лентой.
– Лина, ты меня напугала… – Вздохнул я, и она едва заметно улыбнулась.
– Прости, я не хотела.
– Почему ты решила, что я пришёл сюда искать покой? – Поинтересовался я.
– Ты сидишь отдельно от своей семьи, твои глаза закрыты, и выглядишь ты очень расслаблено. Тебе здесь хорошо, что означает то, что тебе этого не достаёт в любом другом месте. Ты ещё не нашёл то место, где тебе было бы так же, как здесь. Я вижу по твоим глазам, Тейлор, что ты несчастен. – Лина пристально посмотрела в мои глаза, и мне стало немного не по себе. – Синее море волнуется… Но однажды наступит штиль.
Я не знал, что ответить ей, а потом увидел, как моя семья направляется к выходу и попрощался с Авелиной до завтра. Махнув мне рукой, девушка взяла в руки библию и закрыла глаза.
Едва я успел выйти из церкви, как на меня тут же набросился Хайден, который явно ожидал меня, потому что отец и Ребекка неспешно брели вдоль аллеи, усыпанной гравием.
– Тейлор, умоляю, скажи, что у меня галлюцинации, только не говори, что я прав! – Закричал он и вытаращил глаза, и проходящая мимо пожилая женщина косо на него посмотрела.
– Вынужден тебя разочаровать, брат, но это не глюки. – Усмехнулся я, поняв, что он имеет в виду, и заправил руки в карманы джинсов.
– Ты общаешься с Авелиной Лорманд?!
– Да, и что с того? Невил распространяет о ней слухи, в чём я убедился давно, потому что Лина адекватный человек и умная девушка. И вообще, хватит кричать около церкви. – Решив не дожидаться его, я спешно зашагал вдоль аллеи, не желая привлекать чьё-либо внимание.
– Я хочу подробностей, Тейлор! Вы что…
Я закатил глаза, поняв, что он имеет в виду, и огорчил его, а может и наоборот, обрадовал. По мнению Хайдена с девушками нельзя просто дружить, при этом, судя по его словам, в его компании было много девушек, но все они были его подругами, что противоречило его собственной теории.
У меня не было сомнений в том, что Хайден сегодня же расскажет Невилу о том, что я общаюсь с Линой, но меня это совершенно не беспокоило, и я готов был заступиться за неё перед всеми, устав уже от сплетен и совершенно не понимая, как Лина всё это спокойно терпит.
– Ты домой? – спросил я, но Хайден округлил глаза на мой вопрос и тут же стянул ненавистный ему пиджак, а затем вытащил из рюкзака чёрную кожаную куртку с заклёпками и надел её на себя. Ребекке стоило больших усилий заставить его не подкрашивать глаза и одеваться прилично хотя бы в церковь – в остальном она была бессильна, и я удивлялся, как Хайдену удаётся вести такой бунтарский образ жизни при её характере. Будь я на его месте – я был бы уже покойником, потому что мачеха не простила бы мне проколотого языка и чёрных волос вместо моих светло-русых.
– Скажи матери, что я приду поздно, пусть к ужину меня не ждёт.
Я кивнул.
– Не пей только много, пожалуйста. Завтра в школу.
Хайден закатил глаза, а затем наигранно отвесил мне поклон.
– Благодарю, святой отец! Тейлор, ты – зануда.
– Ты мой брат и я за тебя волнуюсь.
– Волнуйся лучше за себя, потому что твоя жизнь скучна, брат, тебе в старости даже вспомнить нечего будет. – рассмеявшись, Хайден закинул в рот пару жвачек.
Его слова задели меня, но я не подал виду, решив промолчать.
Моя дорога лежала к лесу, в сторону озера, куда я ходил каждый день в любое время года, чувствуя себя там почти так же, как чувствовал в церкви.
Сегодняшний день был теплее вчерашнего, ещё ласковое солнце то появлялось, то вновь исчезало за густыми тучами. Я неспешно брёл по тропинке, по которой ходил уже столько лет, пребывая в самых разных эмоциональных состояниях. Места не менялись, менялся лишь я из года в год, и я сейчас чувствовал, как повзрослел, если сравнивать меня настоящего и того, кем я был года два назад. Я стал более терпелив и сдержан, меня больше не трогали ссоры с Ребеккой и её равнодушие, я перестал искать в себе недостатки и думать о матери, которая бросила меня.
