– Сразу домой? Ты уверена?
– Я слышала, как Ава вернулась, – раздается за моей спиной голос Кэролин, а я уже почти позабыла о ее присутствии. – Я как раз ложилась. Было начало первого. Так что Ава говорит правду. От бензоколонки до нашего дома рукой подать.
По лицу Холдена пробегает тень воинственности.
– А где располагается ваша комната? – вонзает он в Кэролин ястребиный взгляд.
– В задней части дома. Над гостиной.
Детектив оборачивается ко мне:
– Ты зашла в дом через главный вход?
Я силюсь не повести бровью.
– Нет, через гаражную дверь, сбоку, – поднимаю я руку, чтобы указать направление, и тут же опускаю ее под взглядом детектива – в нем явственно читается: «Ну что, попалась?»
– Ты хлопала дверью? Выкрикивала что-нибудь? – спрашивает Холден.
– Я… нет, вроде бы нет… точно не помню…
На самом деле я отлично помню, что не делала ни того ни другого. И через гараж я зашла в дом именно потому, что не хотела разбудить Кэролин или дядю. Откуда мне было знать, что это будет моим алиби?
Я перехватываю взгляд, которым детектив обменивается с офицером Корделл, только что закончившей строчить что-то в своем блокноте.
– Ладно. И больше ты потом не уходила из дома? Тебе не захотелось помириться с Фордом?
– Нет, – мотаю я головой, ожидая очередного града вопросов, но Холден лишь молча наблюдает за мной, словно сам ждет от меня разъяснений. – Что?
– Значит, это была твоя последняя встреча с Фордом Саттером? – наконец прерывает молчание он.
То, как детектив акцентирует слово «последняя», сражает меня наповал. Потому что – да! Черт возьми! Это был мой
Подавшись вперед и опершись локтями о стол, я пытаюсь дышать ровно.
– Ава! – побуждает меня к ответу детектив.
Но вскочивший с места дядя Тай снова рявкает на него:
– Дайте ей хоть минуту! Она только что потеряла лучшего друга!
И тут я срываюсь. Прежде чем я успеваю взять себя в руки, из моей груди вырывается громкий, полный отчаянной боли стон, а из глаз брызжут слезы. Какое страшное слово «никогда»! Я больше никогда не увижу Форда живым. Никогда не проиграю ему в Rocket League. Никогда не рассмеюсь над его дурацкой шуткой и не поругаюсь с ним из-за того, какой фильм из серии «Чужой» лучший.
Кто-то кладет передо мной пачку бумажных носовых платков. Вытерев самые крупные слезы, я вскидываю глаза – надо мной склонилась Кэролин.
– Ты не обязана продолжать разговор, – говорит она тихо, но достаточно твердо, чтобы я поняла: она вступит в схватку с Холденом, если тот продолжит на меня давить.
Но вся правда в том, что мне самой хочется со всем этим покончить. Перспектива общения с копами в недалеком будущем будет довлеть надо мной и тревожить, как черная туча на небе.
– У меня сохранилась переписка с Фордом после нашей встречи, – хрипло бормочу я.
– И что там? – оживляется Холден.
Достав мобильник, я высвечиваю эсэмэски и передаю телефон детективу. Он просматривает их, хмурится, а потом вскидывает на меня глаза:
– Это видео, которое он упоминает в последнем сообщении… Ты знаешь, о каком видео идет речь?
– О последнем посте Фрейи. Кто-то сделал скринкапсы, и они разошлись по всей школе.
Детектив смотрит на меня так, словно я проговорила эти слова на иностранном, неизвестном ему языке.
– Это то видео, в котором Фрейя копалась в вещах Форда.
Морщины на лбу Холдена разглаживаются.
– А, понятно. Спасибо тебе.
– Детектив, а вы узнали, с кем Фрейя разговаривала по телефону той ночью? Кто был ее бойфрендом?
– Сказать по правде, – откидывается на спинку стула Холден, – мы не обнаружили никаких свидетельств того, что Фрейя с кем-то разговаривала в указанное тобой время. На самом деле на ее номер в тот вечер вообще не поступало звонков. И она никому не звонила.
– Что?! Этого не может быть! Я слышала, как она кому-то звонила!
– Где ты в это время находилась? – вмешивается в разговор офицер Корделл, держа наготове ручку.
– В усадьбе. Точнее, в саду.
Холден снова насупливает брови:
– Это было в тот вечер, когда ты искала Форда?
На секунду я зависаю, но тут же вспоминаю: я же наврала детективу о том, что искала Форда! Когда он опрашивал меня после обнаружения тела Фрейи.
– Да, верно, – киваю я.
Ложь звучит уже не так убедительно, но, изменив сейчас показания, я вызову у копов во сто крат больше подозрений.
– Ты уверена, что это было в воскресенье, а не в какой-нибудь другой день? – спрашивает Холден.
– Абсолютно уверена, – отвечаю я, а сама уже не поспеваю за собственными мыслями и вопросами.
Могла ли Фрейя сделать вид, будто с кем-то разговаривает? Нет, в этом не было смысла… если только она не знала, что я стою рядом и могу подслушать. И хотела, чтобы я услышала о ее сексуальной жизни. Но к чему ей это?
– А могла она воспользоваться чужим телефоном? Ну, кого-нибудь из своих домочадцев?
– Нет, – мотает головой детектив Холден. – Мы проверили все звонки.
