— Ну, слава всем богам, что сегодня обойдемся без ГБ, — ехидно усмехнулся Шалаев. — Нашу «в каждой бочке затычку» сегодня отодвинули. Все оперативные службы комиссариата работают в связке с польскими товарищами. На восточной окраине, в районе бывших графских конюшен, обнаружили логово заговорщиков из Армии крайовой. Реальное, заметь, логово, — уточнил он. — Там хранился целый арсенал, а в лесу — повстанческая база, наподобие тех, что мы откапывали в Западной Украине. Личный состав ушел в лес, сейчас их окружают, полностью блокируют, будут выдавливать. Думаю, к вечеру разберутся с этими предателями. Так что сегодня управление НКГБ стоит неприлично пустое. Но тебя это не касается, твой фронт на другой стороне света.
«Странный какой-то мир, — подумал Верест, — с нюансами. Вроде и те и другие сражались с фашистами. А теперь Войско польское — сплошь герои, а Армия крайова — кучка предателей и пособников буржуазии. Можно запутаться и прослыть соглашателем и отщепенцем».
— Разрешите выполнять, товарищ подполковник?
— Выполняйте, капитан. Не хочешь взять радиостанцию?
— Не получится, Павел Максимович, — виновато улыбнулся Павел. — Портативных радиостанций пока не изобрели, а с этой тяжестью мы намучимся и все равно от нее избавимся. Это бремя нас подведет. Не вернемся до полуночи — подтягивайте войска, прочесывайте полотно. Разрешите идти?
— Да, насчет баронессы Шлессер… — Подполковник почему-то занервничал.
— Что такое? — нахмурился Павел. — Разве вчера ее не привезли в Креслау?
— В том-то и дело, что нет. Тебя решили не оповещать, характер работы от этого не меняется… Короче, похитили нашу баронессу.
— Как это похитили? — оторопел Верест. — Была жива-здорова, сидела в своем замке…
— Мы отправили в Мезель отделение разведчиков на бронетранспортере. Уже к полуночи время шло. Инцидентов по дороге не было — и на обратном пути тоже. Электричество в замке отсутствовало, работали с фонарями. До разведчиков там кто-то побывал. Нашли два женских трупа — один на лестнице, другой на кухне. Несчастных банально зарезали — там все в крови. Видимо, служанки, которые с ней жили — одна толстая, другая худая, на смерть похожая. Баронессу не нашли, значит, с собой забрали. Парни обратили внимание, что из шкафа вытряхнули одежду, видимо, собирали ее в дорогу. Хотела ли того сама фрау Шлессер, история умалчивает…
— Служанок-то зачем убивать? — Павла передернуло. — Безвредные особы, одна и вовсе свихнутая…
— Какие ни есть, а свидетели, — пожал плечами Шалаев. — Чтобы не проболтались, кто забрал, при каких обстоятельствах. Тела уже остыли, значит, побывали там сразу после вас. Часть группы отправилась в замок, а трое пытались перекрыть вам дорогу, но чем это кончилось, мы знаем… По крупному счету небольшая потеря, просто неприятно, что фрицы у нас под носом вытворяют, что хотят…
«Может, и не фрицы», — подумал Верест, козырнул и покинул кабинет начальника контрразведки.
Выйдя в коридор и заворачивая за угол, он вдруг столкнулся с каким-то спешащим товарищем. Тот извинился, обогнул капитана, побежал дальше. А Павла словно дежавю охватило, пыльная поземка закружилась в голове! Вот правильно говорят: создай ситуацию, хоть чем-то похожую, — сразу вспомнишь… Позавчера, когда почувствовал слежку, петлял по городу, высматривая «хвост» и вышел на улицу Линдау, он, сворачивая за угол, столкнулся с женщиной в клетчатой юбке и испугал ее. Но барышня явно не при делах. А вот субъект в кепке, небритый, державший руки в карманах, усмехнулся, когда немка чуть не протаранила Вереста, и мазнул его взглядом. Тот же самый взгляд — неприязненный, липкий. Вот оно! Оба скрылись за углом, отправились каждый своей дорогой, а он двинулся к дому Беккеров…
И что? При чем тут дом Беккеров? Информации по-прежнему ноль. Под фигурой в штатском может скрываться кто угодно. Еще одно подтверждение, что за его действиями внимательно следят… Это они умыкнули баронессу Шлессер? И что собираются с ней делать?
На него уже с интересом посматривали люди в форме. Он вышел из оцепенения, покрутил головой и заспешил к лестнице. Товарищи на улице уже заждались…
— Да уж, городишко так себе… — кряхтел Котов, крутя педали и обливаясь потом. — Видали и более сохранившиеся…
