Фирма размещалась в симпатичном доме эпохи Регентства недалеко от Гайд-Парк-корнер. Единственным свидетельством ее обитания здесь была скромная медная табличка, привинченная к белой крашеной двери между пилястрами. Инспектор прошел короткий коридор с ковровым покрытием до стойки. Панель матового стекла с надписью «СПРАВКИ» оказалась наглухо закрытой, но имелся звонок, и Генри нажал кнопку.
Из-за матового стекла донеслись шарканье и смешки, потом окошко отодвинулось, и показалась хорошенькая блондинка лет семнадцати, которая пыталась сделать серьезное лицо. У нее за спиной в большом офисе находились еще несколько молодых людей, делающих вид, что заняты работой на пишущих и счетных машинках. Увидев Тиббета, блондинка была явно разочарована.
— Как, — спросила она, — только вы?
— Вы ждали кого-то другого? — поинтересовался инспектор.
Все девицы захихикали, а блондинка сказала:
— Я думала, вас много придет, с фотографами… Вы же из «Дейли Скуп»?
— Нет, не оттуда.
— А, значит, вы из «Плэнет».
— Боюсь, что я вообще не журналист, — ответил Генри.
— А! Ну, все равно они скоро будут.
Блондинка озабоченно поправила затейливую прическу.
— Правда? — Тиббет заинтересовался. Полиция сообщила о смерти Реймонда Мейсона очень кратко. Странно, что желтая пресса столь заинтригована. — Что ж, с тем же успехом я могу пройти, пока их нет. Мне бы хотелось видеть генерального менеджера, если возможно.
— Мистера Мамфорда еще нет, — ответила девушка. — Можете подождать, если хотите.
Было очевидно, что ее интерес к посетителю полностью исчез.
— Да, я подожду.
— Сюда пожалуйста, — сказала блондинка. — Как вас представить?
— Тиббет.
Девушка провела Генри из внешнего большого зала в меньшее помещение — святилище владельца фирмы, — оборудованное ковровыми дорожками, шкафами для документов, огромным письменным столом красного дерева и множеством диаграмм на стенах. И всего через минуту дверь открылась, и вбежал маленький аккуратный человечек с черными усами. Выглядел он как старший клерк почтенной фирмы из Сити — исполнительный, слегка суетливый, старательный, абсолютно надежный. «Совсем не таким, — подумал Генри, — представляется обладатель слегка жуликоватой профессии букмекера».
Потом он вспомнил, что данное предприятие принадлежит Реймонду Мейсону. В конце концов, мистер Мамфорд всего лишь опытный бухгалтер, занимающийся своим делом с той же серьезной деловитостью, с какой собирал бы статистику импорта-экспорта или высчитывал суммы подоходного налога.
Входя в дверь, он говорил через плечо:
— Запрещаю категорически. Вам понятно, мисс Дженкинс? Если они приедут, сразу же указать им на дверь. Сразу же. — Он резко повернул голову и увидел Генри. — Кто вы такой и что вам нужно?
— Я главный инспектор Скотленд-Ярда Тиббет, — ответил Генри, доставая удостоверение. С мистером Мамфордом можно было общаться только с помощью фактов и цифр. — Веду расследование смерти мистера Мейсона.
Отношение Мамфорда изменилось немедленно.
— Да, конечно. Я понимаю, это неизбежно. Присядьте, прошу вас. Может быть, вы можете как-то оградить нас от этого несносного преследования, инспектор?
— Преследования?
— Журналисты уже утром звонили мне домой. Моя жена была просто потрясена. Эти люди не имеют права вмешиваться в частную жизнь.
— Они всего лишь делают свою работу, мистер Мамфорд, — ответил Генри.
— Это вы называете работой? Наглецы они, инспектор, вот они кто! Я им дал отпор, смею вас уверить. Но теперь я слышу, что они звонят в офис, а эти безмозглые девчонки вроде мисс Дженкинс и мисс Купер… мне не хочется думать, что будет, если они прорвутся в здание. Я рассчитываю на вашу помощь, инспектор.
— Боюсь, ничего не смогу сделать, мистер Мамфорд, — если, конечно, они не нарушат границу частного владения или не прибегнут к насилию…
— Насилию? Я уже сам готов к нему прибегнуть! — Мамфорд с раздраженным видом уселся в свое кресло. — В любом случае это ваших рук дело. Вы сообщили прессе слухи о бедном мистере Мейсоне, иначе откуда бы они знали?
— Именно этот вопрос меня и интересует, — ответил Генри. — Могу вас заверить, что от нас они получили лишь краткое уведомление.
Мамфорд недоверчиво посмотрел на собеседника.
— Я обязан думать о репутации фирмы, — сказал он. — У нас предприятие очень высокого класса, инспектор. Среди наших клиентов есть весьма уважаемые и самые высокопоставленные люди страны. Я не могу допустить, чтобы им были доставлены неудобства.
— Внезапная смерть всегда влечет неудобства, мистер Мамфорд, — сказал Генри. Он хотел избежать штампа, но решил, что его применение быстрее всего доведет мысль до понимания генерального менеджера. — Самое большее, что я могу для вас сделать, — это как можно скорее раскрыть дело.
— В этом я с вами согласен, — сказал мистер Мамфорд. — Естественно, я помогу всем, что в моих силах.
— Это очень любезно с вашей стороны, — отозвался Генри.
— Не стоит благодарности, главный инспектор, — с чувством сказал Мамфорд. — Я вижу, мы с вами понимаем друг друга. Говорим на одном языке.
