Состояние мое все больше напоминает помешательство, фиксацию. Сегодня в полдень видел муху снова. Поведение — совершенно нехарактерное для представителей ее вида. Вдруг возникла у самой книжной полки, сидела на книге Мура, «Двукрылых…». Сидела на корешке и периодически подлетала прямо ко мне, от удара газетой ловко уворачивалась. Откуда такая прыть у бестолковой цеце? Полчаса гонял ее по комнате — спаслась через веху в москитной сетке, прежде мною незамеченную. Порой казалось, что она меня дразнит, намеренно ставит себя под удар — и в последний момент увиливает. Кажется, я становлюсь одержим мухами — ну и жалкая же ирония судьбы.
17 января
Либо здравый смысл подводит меня, либо законы вероятности — в том виде, какой нам привычен и понятен, — покинули этот мир. Она явилась перед полуднем. Снова маневрирует у книги Мура. Как и вчера, попытки убить ее беспочвенны. Сделав пару кругов по комнате, опустилась на стол и уселась на край чернильницы, погрузила лапки и грудь в чернила, взмыла вверх и стала ползать по потолку, оставляя за собой фиолетовую закорючку. Потом улетела. Закорючка как закорючка, похожа и на вопросительный знак, и на цифру 5.
Так все же 5? Или вопрос? Прислуга отеля пока не заметила эту отметину. Остаток дня и вечер прошли без чудес — муха больше не появлялась, но я на всякий случай держу пузырек с чернилами плотно закрытым. Неужели меня мучает совесть из-за Мура, вызывая видения? Быть может, этой мухи и вовсе не существует в реальности.
Быть может.
18 января
Служащий отеля увидел знаки на потолке. Подтвердил их реальность: они настоящие. Какой-то бред. Сегодня около одиннадцати часов утра я сидел и заполнял документы по своей новой работе, как вдруг что-то пронеслось мимо моего лица, шлепнулось в чернильницу и тут же взмыло вверх. Я поднял глаза и завороженно смотрел, как муха выводит на потолке очередную закорючку. Новый чернильный след представлял собой большую, теперь уже вне всяких ошибок распознаваемую цифру 5 — еще одну. Два нечестивых фиолетовых глифа подрагивали перед моими глазами, словно смеясь надо мной.
Попробовал достать тварь газетой. Не поддается. Собравшись с духом, вышел, купил в лавчонке незастывающий клей и чернильницу — точно такую, какая стояла на моем столе. Дома наполнил ее клеем и поставил на место прежней. Заставил себя сесть и возобновить те дела с бумагами. Следил.
Лишь к трем пополудни послышалось уже знакомое жужжание. Она сделала круг над чернильницей и улетела. Стала атаковать меня — я в который раз промахиваюсь, рука уже не столь тверда. Она летит к полке, выписывает пируэты у трактата Мура. К этой книге ее будто привязывает некий зловещий интерес.
Худшее было впереди. Оставив наконец в покое книжную полку, муха переместилась к окну и стала ритмично колотиться о натянутую москитную сеть. После каждой серии ударов — выдерживала паузу и в точности их повторяла. Озадаченный, не мог сдвинуться с места, потом все же подошел к окну и попробовал ее убить. Безуспешно — насекомое перелетело к лампе и принялось выстукивать все ту же дробь на ее абажуре. Отчаявшись до нее добраться, я обошел комнату по кругу, плотно закрыл все двери и то окно, где в сетке сыскалась веха. Нужно уничтожить это назойливое отродье, пока из-за него я не схлопотал нервный срыв.
Понял, что она отстукивает по
Именно цифру 5 муха вывела ранее на потолке. Есть ли тут логическая связь? Мысль, конечно, совершенно безумна — мухи не обладают ни способностью к счету, ни зачаточным интеллектом. Эти маленькие биомеханизмы движимы лишь инстинктами. Наделяя муху даже самым примитивным разумом, я опускаюсь на уровень туземцев с их верой в заселение души в мушиное тело. Но откуда у нее эта дьявольская изворотливость, нетипичная для вида? Едва я отбросил свернутую в трубку газету и сел, пребывая в совершеннейшем смятении, отродье взвилось под потолок и покинуло комнату сквозь щель в том месте, где отопительная труба поднимается в номер этажом выше.
Ее исчезновение меня не успокоило — в голове уже выстраивалась цепочка небывалых подозрений. Допустим, туземцы кое-что смыслят. Допустим, их ересь о заселении души в тело насекомого хотя бы
