— Нет, не могу. Я умею снимать рунические заклятия, но не накладывать. Да и снимаю я иногда коряво. А ты у нас колдунья со стажем. Я хочу на тебя посмотреть.
— Вот упырь, — Агата коротко засмеялась. — А говоришь, что всё ты умеешь, что ты такой крутой.
— А чего не хвастаться, если это только на пользу? Тебя и уважать начнут, где надо.
— Так, ладно, давайте приступать. А я пока начну готовить, — сказал Даниил.
— Давай-давай, — и Денис подошёл к Агате, вертикально подставив шприц перед её руками.
До этого дня она ни разу не пользовалась Воздушными Рунами. Однако их магия была легче и слабее, чем магия Небесного Огня, и потому сверкающие символы послушно рисовались по велению Агаты. Одно движение пальцем, и в воздухе застывала неоновая полоска сгустившейся энергии. Когда руническое сочетание было выведено, Агата толкнула его ладонью к шприцу, и символы просочились в пластик.
Шприц слабо засветился, как светятся люминесцентные детские игрушки, если их зарядить под настольной лампой.
— Похоже, работает! — заулыбалась Агата.
— Супер. Теперь то же самое сделай с ртутью, и потом уже вызывай призраков. Даниил, ты уже дошёл до ртути?
Залюбовавшийся обрядом Даниил лишь после слов Дениса вернулся к смешиванию растолчённых лепестков розы с теми элементами, что он успел добавить в маленькую керамическую миску.
В качестве органики Денис отрезал у Ирмы кончики волос и финальным ингредиентом бросил их в эликсир. Даниил ещё раз растолок и размешал получающуюся жидкость, затем втянул её в шприц, и жидкость загорелась сине-серебристым светом.
Эликсир Жизни был готов к использованию.
— Похоже, всё правильно, — выдохнул Даниил. — Мы всё сделали по плану.
При звуке щелчка рука Агаты запылала Небесным огнём. Она готовилась к призыву.
— Ирма Соболева! Ирма Соболева, я вызываю тебя! Я вызываю тебя по просьбе твоего брата Германа. Ты слышишь меня?..
Молчание. Прошла минута. Обычно призраки приходили на зов Агаты или Даниила в течение минуты или двух, в какой бы точке Земли они ни были. Но сейчас никто не приходил.
— Ирма, я вызываю тебя! Мы хотим помочь тебе!..
Шла вторая минута. Руки Агаты тряслись от напряжения, и огненные капли срывались с рук, затухая в падении, не коснувшись пола. Вот пошла и третья минута.
— Ирма, я вызываю тебя!
Но никто не слышал. Ни знака, ни голоса, ни призрачного силуэта, который бы проявился сквозь стену, чтобы подойти к той, что кинула клич.
Агата затушила огонь и опустила руки.
— Она не приходит. Я даже отклика не слышу.
— Я не удивлён, — сказал Данила. — Ты видела номер версии эликсира? То есть, Герман её минимум двадцать четыре раза подвергал ритуалу воскрешения.
— Он прав, намучаешься тут, — вставил Денис. — Подозреваю я, что она и не хочет быть воскрешённой…
— Нет, нет, погоди, а если она тоже где-то застряла? — запротестовала Агата. — А мы в неведении! Тогда наш ритуал вернёт её из того места, где она, возможно, заперта…
— Не факт! Не верю! Ты лишь растревожишь душу и превратишь её в тающую ко всем хренам!
— Так ты хочешь проверить эликсир или нет? Давай тогда свернём всё и поедем домой!
— Зовите Германа, — прервал их спор Даниил. — Не будем тратить время. Изначально это его затея, не наша, пусть он же и приведёт к нам Ирму.
— Вот! — Денис покачал указательным пальцем. — Голос разума! Зови!
Агата заново зажгла пламя и сосредоточилась на его свете.
— Герман Соболев! Герман Соболев, я вызываю тебя! Это Агата Северская. Мы готовы к ритуалу воскрешения, как вы и просили, и мы просим вас содействовать нам. Герман Соболев, вы слышите меня?
Электрический свет интенсивно замигал. В комнате по-прежнему не было никого из призраков. Но точно кто-то из призраков был совсем рядом.
— Герман! — крикнул Денис.
Свет замигал чаще. Воздух спёрло как перед грозой. Данила прильнул к окну — вдруг Герман где-то снаружи. Но и за окном в сгущавшейся ночи его было не видать.
— Герман, мать твою, объявись сейчас же! — снова заорал Денис.
И лампочки лопнули, разбросав по полу стеклянные лепестки. Агата вскрикнула под их градом, погасив огонь, и укрылась под столом. Денис удачно прильнул к стене у шкафа, и его не задело ни сверху, ни слева, где за окном быстро пронеслось что-то похожее на летящего призрака. Полыхнула размытая вспышка, разбив окно вдребезги, и комната резко содрогнулась. Даниила накрыло осколочной волной, и он повалился на пол, прикрывая голову.
Приподнявшись, первой его мыслью была радость от того, что глаза оказались невредимыми. Трясущиеся руки, однако, кровоточили, а лицо изнывало от порезов.
Второй же мыслью стал страх. Агата!
Съежившись, она сидела на корточках, растерянная и напуганная. На её коже тоже зияли раны. Когда их взгляды пересеклись, Агата тотчас кинулась к Даниле и укрыла его собой от невидимой угрозы. От одного объятия с ней раны Данилы стали затягиваться и заживать. Как и её собственные.
Стук, стук, застучали во всю мощь сердца…
Собравшись с силами, они встали, прижимаясь друг к другу, и оглянулись по сторонам в ожидании нового полтергейста.
