Но его не последовало. На этом всё стихло. Комната погрузилась во тьму и тишину. Ничего более не происходило. И никто так и не пришёл.
— Что б я сдох! — только и смог сказать Денис. — Хулиганы мерзопакостные. Даже смерть их не исправляет… Эй, Агат, а чего ты защитный купол не сделала?
Агата сконфужено пожала плечами и пробормотала что-то вроде того, что её человеческая натура сработала раньше, чем магическая.
Они ждали Германа ещё полчаса. Денис успел выкурить три сигареты, навалившись на подоконник разбитого окна. Агата в последний раз бросила зов. Но Герман так и не пришёл. Проверка квартиры и всего этажа показала, что электричество вырубило во всём доме. Германа так и не нашли. А ритуал ждал, готовый к совершению.
И тогда они приняли тяжёлое решение — выполнить пробное воскрешение собственными силами.
Чтобы в комнате был хоть какой-то свет, Денис разыскал свечи и расставил их на тумбочке и по периметру помещения. Свечи, как оказалось, по закону подлости находились в шкафу той же самой комнаты, где лежала Ирма. Потому тот факт, что Денис под этим предлогом обыскал квартиру целиком, ненароком смущал.
Да, Даниил смутился, но тактично промолчал. И зажёг свечи обычной земной зажигалкой. Небесное пламя пригодилось бы для более важного случая, да и его свет весьма едок для привыкшего к темноте глазу.
Когда все успокоились после случившегося, они снова сошлись возле стола с мёртвым телом.
— Мне всё больше и больше не нравится наша затея, — сказал Данила. — Представьте, мы встаём на место тех, кто воскресил Немо. А ты сам сказал, что это акт наравне с убийством.
— Я и не отрицаю, — ответил Денис, пытаясь быть спокойным. — Но выхода у нас нет. И, так уж и быть, я возьму на себя этот грех, если это поможет нам и Немо.
Даниил хмуро обдумывал все варианты событий, которые бы последовали за уколом шприца. Если это не чёрная магия, то точно и не белая, а это в любом случае означает непредвидимый подвох. Прокручивая в уме образ Немо, мучимого болью и нескончаемыми обмороками от того, что его душа не уживается со строптивым телом, Даниил думал: а не будет ли то же с Ирмой, если и она вернётся с того света? Достойна ли такая жизнь, истончающая душу, отказа от посмертного покоя?
— Я пойду на грех, — вдруг сказал он. — Ни ты, ни Агата, вы не запятнаете себя.
— Данила, не надо…
— Надо, Агата. Я вколю шприц. Если что-то пойдёт не по плану, это останется на моей совести.
Денис сочувствующе покачал головой. Скрипя сердцем, Даниил принял шприц у Агаты и, перечитав рецепт Германа, морально приготовился к таинству.
«Воскрешение наравне с убийством». Фраза, не выходившая у Даниила из головы. Если судить по ней, любой воскреситель — это тот же убийца, только наоборот. Ирма не пришла, и что-то явно нехорошее случилось с Германом. И так и не узнать ему, а нужно ли Ирме это возвращение в мир живых. Простит ли она его? Простят ли его Небеса?
Даниил Полторацкий готовился стать убийцей. Убийцей наоборот.
— Помилуй нас, Господи, — тихо проронил он. — Что ушло, то вернётся. Что мертво, то оживёт. В жизни вечной и после смерти, да будут мои слова священны, ибо я дарую второй шанс. Да пробудят мои слова мертвеца. Да будет так!
При всём внутреннем волнении голос его не дрожал. Более того, в нём зазвучала неведомая ранее мощь, как если кто-то вложил её в горло Даниилу. От глубины тембра у него самого пробегали мурашки по коже. В мелодичных словах незримо оживала магия.
Произнеся заклинание в третий раз, Даниил вознёс шприц над грудью Ирмы… и остановился.
Он знал, куда колоть. Он помнил, где был след на груди Немо. Он понимал, что делает. Однако…
«Воскрешение наравне с убийством».
Когда-то его сравнили с одним убийцей из прошлого, который под тёмным влиянием ритуально зарезал около двадцати человек, а после пропал без вести. Ему померещилось, будто им завладела именно эта губительная сущность. Он даже внешне похож на него. Стоило же Агате связаться с таким безумцем. Тем более, ставить его фотографию на пианино. А чем теперь Данила не безумец, осмелившийся на рискованный эксперимент, где он вынужден выбирать между долгом и моралью?
Сжимая шприц, словно церемониальный нож, он с силой вонзил иглу в сердце мёртвой девушки. Жидкость запустила живой механизм и вместе с пробудившейся кровью потекла по всему телу.
— Она… Она живёт?!
Шприц выпал из обмякшей руки. Потрясённый Даниил неподвижно стоял на месте, исступлённо глядя на две суетящиеся фигуры вокруг полуживого организма.
Агата принялась транслировать энергию жизни в оживающий труп. Денис схватил его за запястье. Даниил под действием шока схватил другое. Вены слабо пульсировали, и с поступлением энергии Агаты пульс заметно учащался. Агата отвела ладони от тела, и пульс стремительно стал падать. В сознание Ирма не приходила.
— Мы её теряем, — выпалил Денис, когда и магия Агаты не принесла никакой пользы.
— Нет-нет-нет! — Агата принялась за непрямой массаж сердца. Пульс подскочил, но после вновь стал падать.
