Агата искренне верила в тот свет, что томился в его сердце. Марк сам тушил его, закрывая за завесой тьмы. Агата хотела верить, что он одумается, что он выпустит этот тускнеющий луч, пока он не угас навсегда.
Но Марк отрицательно покачал головой, не оставив ей шанса:
— Тогда вам здесь делать нечего.
— Марк, — посерьёзнела Агата, уперев руки в бока, — ты понимаешь, что потом будет поздно? Ты точно считаешь, что пройдёшь этот путь в одиночку?
Он не собирался менять решение.
— Да. Я справлюсь сам.
Вспомнив последний полёт, Марк поднял с пола маятник, застегнул его цепочку на шее.
— Теперь я буду в порядке.
Агата промолчала. Долго она стояла, насупившись, не проронив ни звука, но, в конце концов, повернулась к двери…
— Идём. Лина, ты тоже.
…и сгорбленно вышла из комнаты, засунув руки в карманы куртки. Девушка-призрак последовала за ней.
— А ты останься, — вдруг сказал Марк, обращаясь к Кристине, которая уже стояла в проходе.
Её губы исказились от растущего гнева, но, совладав с эмоциями, кинула вслед Агате:
— Не ждите меня. Я потом всё расскажу.
Агата пожала плечами и, выпустив Эвелину в коридор, закрыла за собой дверь. Теперь в квартире оставались только он и она.
— Не рассказывай им, — ухватился за фразу Марк. — Это останется между нами.
Кристина непонимающе склонила голову к плечу. Марк встал перед ней вплотную, из-за чего она оробела как от медленно убивающего мороза, и шипяще спросил:
— Зачем ты притащила её сюда? Точнее, их! Зачем вы вообще пришли?..
— Ты же сам говорил, что если ты долго не появляешься, значит с тобой беда! — перебила Кристина. Марк недовольно цокнул языком.
— Два дня. Два дня, Крис, а ты уже…
— Ты не отвечал ни на чьи сообщения! Тима подтвердит!
— О, Господи! — он драматично закрыл лицо рукой и вслепую зашагал по комнате. — Если бы я знал, я бы ни за что не проговорился. Я не просил Агату помогать мне, а ты взяла и привела её ко мне в дом! Как вы вообще узнали мою квартиру? Ах да, точно, эта Лина! Должно быть, она следила за мной, пока я был вне тела!
— Марк, прошу, прими это спокойно. Я хочу тебе всего самого светлого! Почему ты отказываешься от нашей помощи?
— Потому что ваша помощь мне не нужна! — закричал Марк. — Это моя жизнь, моя душа, и мне же и управлять ими, а не кому-то посторонним. И уж поверь мне, в моей памяти, пока она ещё работает, хранится такое количество неприятностей, о которых вам не следует знать. И я вам запрещаю знать, понятно? Понятно, Крис?!
— Да хватит называть меня таким тоном! — тут и у неё сдали нервы. — Я тебе не враг! Я хочу защитить тебя, понимаешь?! Ты даже это не можешь усвоить, что уж говорить о том, что ты не справишься с безумием полутени один?
— Я? Не могу усвоить? — Марк засмеялся. — Ты ничего не понимаешь. Что тебе известно о полутенях? Только то, что я тебе рассказывал. А рассказывал я далеко не всё. И больше не скажу, как и твоя Агата не скажет тебе обо всём, что я переживал, что я переживаю сейчас. И как после этого ты смеешь судить меня?
Это был не он. Это не тот Марк, пылающий мечтами, радующийся любому маленькому открытию, которого Кристина когда-то привыкла видеть. Тот Марк, которого она знала, её Эндимион, ушёл вместе со сном, от которого он очнулся. Наступила точка невозврата. Иллюзорная жизнь забрала его, заставив забыть настоящую.
— А ты помнишь прошлую пятницу? То, что ты сказал мне в слезах? Так вот, я тоже больше так не могу. Я же помочь хочу, а ты!..
— Ну и оставь меня тогда в покое, — огрызнулся Марк и почти повернулся к ней спиной, когда его щека запылала от сильной пощёчины.
— В покое оставить! Покоя уже не будет ни у кого из нас. Если уж ты больно хочешь этого, ладно, Агату ты больше не увидишь. Но за себя я не отвечаю.
Оскалившись, он потёр щеку и принялся водить пальцем по воздуху, будто писал невидимый текст на прозрачном холсте. Что он задумал? Только бы он не сотворил ничего ужасного, только бы он не…
— Боже, прости… Прости, я не хотела, я не хотела ударить тебя! Мне пришлось! — в отчаянных мольбах Кристина сложила пальцы перед губами.
— Не извиняйся, — отрезал Марк. — Тебе всего-то нужно… держаться от меня подальше.
Он вцепился в её плечи, пока она не осознала, что происходит, и вытолкнул в открывшийся портал. Прожигающий свет унёс Кристину из квартиры Марка, и, очутившись на рыхлом асфальте, она потеряла сознание. Когда она пришла в себя, её тело воротило от боли, словно его разделили на части и склеили заново. Поднявшись на колени, Кристина поняла — Марк отправил её к подножию собственного дома.
Она зарыдала сквозь боль, но не физическую.
Жалкое ничтожество. И это всё, что она может сделать? И то, каким образом он отверг её — как низко. Как низко она чувствовала себя. Она, конечно, та ещё зануда, но раз уж на то пошло, она тем более не отступит. К чёрту всякие правила жизни, стереотипы, внутренние противоречия и тому прочее! Пусть Марк возненавидит её за излишнее упорство, но она изменит его, изменит и избавит от тьмы в его душе. Она готова на всё.
Она ещё покажет…
_______________________
