Ежели вам сие интересно — в Абвере и теперь моем Управлении ничего не "принимают на веру", — в качестве доказательств в пухлом досье были сложены показания "наблюдателей" чрез "тайные отверстия" в стенах "гостевых" Дерптского Университета, "протоколы" соитий — со всеми стонами, охами, вздохами и ласковыми словами, записанными из-за стены и протоколы осмотра личного белья, простыней и одеял "молодых" со следами помады и семени.
Чтоб вы ощутили полноту собранных доказательств, — досье состоит из всего этого — за период в три года до фактического ареста. Вообразите, что все ваши амурные встречи с соитиями на протяжении трех с половиною лет "фиксируются визуально" и "протоколируются на слух"!
(Разумеется, — в "простой келье" не было сих "архитектурных излишеств" по сравнению с "гостевой". Маргит, в отличие от описанной мною шпионки, жила внутри "периметра" и, если бы я "был с ней", нас бы, конечно же — не подслушивали, — в "простых" стены были "глухими" и капитальными. Но…)
И вот — в таких условиях враг "работал" и мы не "взяли" его!
Толчок всему дала Маргит. Она сидела передо мной, я целовал ее шею, а она смотрела на такие же парочки. У женщин голова устроена по-другому, чем у нас — мужиков. Через много лет она вдруг призналась, что в ту минуту она тайно сравнивала мое отношение с отношением прочих мужчин с их девицами. Случайно она увидала Предателя и невольно обрадовалась:
— Не понимаю, — как люди могут так целоваться и — не любить друг друга при этом! Наш сосед — вон тот, справа, давно уже лобызается со своей пассией, а — нисколько ее не любит!" — и наконец, — "А у них — глаза не горят!
В отличье от Маргит, я лучше нее был в курсе дела о том, — каковы отношения в этой паре. Я мог понять, что девица не любит ученого. Что ж, женщина может просто лежать, притворяясь и мужик этого даже и не заметит. Но вот — чтоб притворялся мужик, да так хорошо, что от него оставались следы пота и семени?!
Что-то замкнулось в моей голове и обратилось в яркую искру. Я присмотрелся к глазам негодяя. Они и впрямь — не горели. А когда мужик разыгрывает влюбленность и заставляет себя "иметь нелюбимую" — на сие должны быть загадочные причины…
Я вмиг обратился в немецкого волка, почуявшего поживу. Я еще и еще раз "прокручивал" в голове шпионскую сеть:
Парень — великий ученый и принимает участие во всех совещаниях. Многие просят его помочь полезным советом и он — никогда не отказывает. Вот откуда "равномерность утечек"!
Девица — курьер. По причине Войны мы отрезаны от запасов фарфора в Саксонии и теперь все эти флакончики на вес золота. Она скупает использованные и… выносит их из Университета. Вы полезете вскрывать все пустые флакончики из под дамских румян, да помады?! Особенно, — ежели они перепачканы, да остатки кремов — чуть протухли… Молодцы иезуиты, — точно рассчитано!
Затем, — поставки ингредиентов. Наверняка — часть использованных флаконов моется и фасуется в Дерпте, но что-то… Некоторые из них фигурной формы и их надо мыть! Мыть же их нужно на специальном оборудовании в Риге и Санкт-Петербурге. Вот как они вывозят секреты из пределов "периметра"!
Я спешно вышел с Петеру с Андрисом. В отличие от случая с Маргит, здесь они были гораздо уверенней. Петер вдарил кулаком (с пивную кружку!) себя по раскрытой ладони и выдохнул:
— Мы взяли их! Взяли!
Андрис был осторожнее. Он сказал:
— Проверка не помешает. Пытка невинных…
Знаете, — на чем они "спеклись" окончательно? На поведеньи девицы. Как бы ни был постыл ей ученый, она должна была хоть как-нибудь "среагировать". Взвыть от ужаса за него, — все мы знаем, что в контрразведке кормят не пряниками! Броситься на шею к суженому, кинуться в мои ноги — лобызать сапоги. Закусить хотя бы губу — на английский манер… Иль — усмехнуться со злорадной усмешкой. Фыркнуть с презрением. От нее мы ждали — хоть что-то! А верней — ничего…
Так вот, — она и не выказала ничего. А сие значило, что она прошла специальную психическую и "физиологическую" подготовку у иезуитов. Там детей учат — не просто "держать удар", но даже и — Не Потеть (в прямом смысле этого слова!) под усилием Воли. Учат сему так "инстинктивно", что девица в миг аффекта дала не нормальную истерическую реакцию, но — отсутствие оной! Чем и выдала себя с головой.
(Забегая вперед, доложу, что мои "крестники" учатся "инстинктивно" Потеть, Плакать, Надувать Желваки, иль биться в Истерике. Мы учим ребят "Честно Отыгрывать Роль" до такой степени, что они "перевоплощаются" в тех, — кто они "по легенде".)
В воскресенье наутро мы с Маргит вернулись в подвал. "Ученый" к той поре "раскололся" и выдал всех. Его и пальцем не тронули… Просто мы сразу поняли, что он — гениальный ученый и не готовился иезуитами специально. Он "воевал за Идею". За "Идею" он рвался стать Мучеником.
Знаете, — как ему развязали язык? Его сняли с дыбы и…
На его глазах пытали "девицу". Она была с прекрасною подготовкой, но не знала самого важного.
