— Но достаточный, чтобы задуматься, — мрачно заметил Люпин.
— Вы правы, — Боунс слегка подвинула вперед лежащую на столе папку и откинулась на спинку стула. — Я и задумалась. А потом решила проверить некоторые свои догадки. Я начала с того самого мальчика, якобы пропавшего однокурсника, о котором упоминала дочь моей знакомой. И действительно, выяснилось, что за полгода до начала всей этой истории он не вернулся в школу после зимних каникул.
— И что с ним случилось? — Люпин положил ладонь на обложку папки и придвинул к себе.
— Абсолютно ничего криминального. Мальчик был магглорожденный, на каникулах поехал вместе с родителями за город, попал в аварию и погиб. Скользкая дорога, нетрезвый водитель грузовика — банальное ДТП. Печально, но объяснимо, и точно никак не связано с Хогвартсом в целом и его директором в частности. Единственное, что меня насторожило — машина этой семьи сильно пострадала, мальчик, если верить маггловским отчетам, погиб мгновенно, а вот его родители отделались лишь синяками, да царапинами…
— Такое случается, — медленно сказал Люпин, не сводя с Амелии пристального взгляда.
— Конечно, — спокойно отозвалась та. — Поэтому я не стала заострять внимания на этом, так, отложила в воображаемую копилку на всякий случай. Но все-таки решила копнуть чуть глубже… Откройте папку. Верхний лист видите?
— Что это? — Ремус нахмурился, скользнув взглядом по длинному списку имен и фамилий.
Амелия подалась вперед, снова оперевшись локтями о столешницу.
— Это студенты Хогвартса, трагически погибшие или пропавшие без вести за последние десять лет. В общей сложности — тридцать семь человек. Каждый случай в отдельности — не вызывает никаких вопросов. Несчастный случай, самоубийство, неизлечимая болезнь… Эти дети учились на разных факультетах, в разное время, почти никак не пересекались друг с другом. Единственное, что их объединяет — происхождение. Все до единого либо магглорожденные, либо сироты. Ни одного чистокровного или полукровки из благополучной семьи среди них нет.
— Группа риска… — отстраненно заметил Люпин, изучая бумаги. — А это что? — он указал на фамилии, выделенные красными чернилами.
— А это волшебники, в разное время попадавшие в Мунго с различными магическими проблемами. Конечно, не с такими тяжелыми случаями, как у дочери моей знакомой, но… Несколько человек стали сквибами, внезапно утратив магические способности, у других наоборот наблюдался необъяснимый рост потенциала, третьи жаловались на серьезные проблемы с контролем… Опять же, связать эти случаи между собой не представляется возможным, и по отдельности они не вызывают подозрений, но если взглянуть на картину в целом… — Амелия внимательно посмотрела на Люпина. — Понимаете, почему я решила копать дальше?
— Понимаю, — тот снова взглянул на списки. — И догадываюсь, что это еще не все…
— Правильно догадываетесь, — Боунс протянула руку и вытащила из папки еще несколько листов. — Десятки похожих случаев за последние полвека. Абсолютное большинство из них остались незамеченными, но несколько раз у пострадавших находились родственники или знакомые, обращавшиеся в аврорат. Все — с претензиями к руководству школы. В начале шестидесятых отцу одного из загадочно погибших мальчиков удалось поднять такой скандал, что министерство было вынуждено отправить в Хогвартс специальную комиссию с проверкой…
— И что? — цепко спросил Люпин.
Боунс тяжело вздохнула.
— Ничего. Они ничего не нашли. Загвоздка в том, что все эти смерти, исчезновения и прочие инциденты в абсолютном большинстве случаев происходили вне Хогвартса. И предъявлять претензии директору за то, что происходит с учениками за стенами школы, не было никаких оснований. И нет до сих пор, хотя количество… жертв… если можно так выразиться, растет год от года.
— Бред какой-то, — Люпин отложил бумаги и с силой провел ладонями по лицу, а затем посмотрел на Амелию. — Вы сообщали об этом кому-нибудь? Почему министерство до сих пор ничего не предприняло?
Боунс криво усмехнулась.
— Ремус, вы не понимаете. Все это, — она постучала по обложке папки, — лишь печальная статистика несчастных случаев и мои смутные догадки. А Альбус Дамблдор — Верховный чародей Визенгамота, президент МКМ, победитель Гриндевальда и Темного Лорда. Никто в министерстве меня даже слушать не станет. По крайней мере, до тех пор, пока не появятся реальные доказательства его причастности хотя бы к одному из подобных дел.
Люпин прикрыл глаза.
— То есть… вы потратили три года, чтобы собрать все это, — он посмотрел на бумаги, — и остановились? И даже не поделились ни с кем своими догадками?
Амелия помрачнела.
— В том-то и дело, что поделилась. Как раз после тех нападений, которыми вы интересовались в прошлый раз. Видите ли, у меня были веские основания подозревать, что за ними стоит вовсе не мифически воскресший Волдеморт, а наш многоуважаемый директор.
Люпин вскинул на нее взгляд.
— Какие основания? Зачем ему это?
