Она протянула ему карандашик, которым записывала заказы, и Сергей набросал на салфетке платье прямоугольного кроя без рукавов. Он так увлёкся, что ему казалось, будто от рисунка веет летним ветром.
– Шифоновое, – объяснял Сергей. – Цвет пепел розы, знаешь такой? Сможешь отличить от серого?
И протянул салфетку девушке. Она взяла её двумя пальцами, как бабочку за крылья, и взглянула на Серёжу так, как никто до этого не смотрел. Он ещё не знал, что это уважение, но ему понравилось.
– Посиди с нами, – довольно предложил он.
Единственная посетительница бара сидела, уставившись в телефон, и свет экрана заливал её плечи. Альбина неуверенно посмотрела на неё и что-то произнесла одними губами. Ругательство. Но всё-таки опустилась напротив близнецов и поднесла зажигалку к сигарете с золотистым фильтром. Удушливо запахло мёдом и табаком.
– Как тебе Грёз? – спросил Сергей.
– Он классный, – искренне сказала Альбина. – Растил меня с тех пор, как мне исполнилось девять. Я всегда знала, что могу на него положиться. Он добр ко мне.
– Ещё бы. Надо же кому-то здесь работать.
– Он меня не заставлял. Он никого не заставлял.
– И всё-таки ты тут.
Альбина подняла то место, где у неё предположительно находилась бровь. Сергей видел, что девушка не сердится. Что она просто не принимает его всерьёз.
– На что это ты намекаешь?
Бар погрузился в темноту. Раздался щелчок, и снова полился рассеянный свет. Сохраняя невозмутимое выражение лица, бармен подставил руки под луч проектора. На стену упала тень гигантского краба.
– Хочешь сказать, будто всё это, – Сергей жестом обвёл зал, – возникло случайно? Что он брал таких, как мы, под опеку и ни разу не задумался, как на этом заработать?
– Он на это не способен.
– На поиск выгоды?
– На то, чтобы заглянуть так далеко и всё распланировать. Ты его не знаешь.
Посетительница встала и направилась к выходу, стуча каблуками. Капли янтаря, по две на каждой серьге, раскачивались и ударялись друг о друга в такт шагам. На плечах лежал шарф – цвета пожара, сшитый лентой Мёбиуса.
Герман спросил у Альбины:
– Кто эта девушка?
– Сумасшедшая.
Пробираясь в спальню, Сергей оступился в сумерках и чуть не упал. Из-под ног выскочил резиновый мячик-попрыгунчик. Он ударился о стену и запульсировал нутряным огнём, осветив пустые постели и человека на подоконнике. Это был Косоглазый.
– Чего ты в темноте сидишь? Включил бы свет, – сказал Герман.
– Зачем? – пожал плечами мужчина. – И так всё видно. Каждый огонёк на той стороне бухты.
Герман без предупреждения перенял тело и подошёл ближе – так, что они с Косоглазым почти касались друг друга. Какое-то время они смотрели в окно и молчали. Сергею стало скучно.
– А что это? – показал пальцем Герман. – Вон там!
– Да это же дельфины!
В окне отражались восторженные лица. Сергей недоумевал. Огни на другом берегу расплывались, как испорченная акварель.
– Серёга, ты же не видишь! – догадался Грёз. – Вот что, мы возьмём бинокль и пойдём к морю, чтобы ты тоже посмотрел.
– Не надо, – пробормотал Сергей.
– Ну правда, – подхватил Герман, – не будь таким занудой.
– Да не хочу я!
– А у меня ты спросил? Может, я хочу!
Так, за препирательствами, они переместились в прихожую и протиснулись вслед за Грёзом в гардеробную. Распахнув антресоли, Грёз воодушевлённо разгребал роликовые коньки, обёрнутые пергаментом и набитые сухими лавандовыми листьями. Под роликами лежал бумажный самолёт со скошенным носом.
Грёз смял самолётик в кулаке. Глаза стали злыми и отсутствующими. Эта перемена явно не предназначалась для постороннего взгляда. Серёжа вдруг ощутил тревогу. Он сделал шаг назад и упёрся спиной в решётку.
В следующую секунду мужчина воскликнул «Есть!» – и достал бинокль с соседней полки, но теплившаяся у Сергея внутри искра уже потухла.
Море оказалось громче, чем он думал. Оно не имело ничего общего с шумом, который раздаётся, если прислонить к уху ракушку. Море шипело, как рвущаяся из-под крышки газировка, и выплёвывало пену на камни.
На ходу скинув обувь, Грёз зашёл в море и помахал близнецам.
– Идите сюда! Только штанины закатайте.
Сам он был в выгоревших досветла джинсах, обрезанных до колен. Волосы у него на ногах шевелились в воде подобно водорослям.
Сергей разулся и вошёл в воду. Он направил бинокль на горизонт и едва не отскочил, потому что дельфины прыгнули ему прямо в глаза. Они были чернолаковые, с косами на спинах, а один совсем маленький. Герман тоже его заметил:
– А с ними детёныш.
– Наверное, заблудился, – ответил Грёз, – а остальные его искали. Обычно они в бухту не заплывают.
Вода остывала, и совсем остыло солнце. Когда от дельфинов остались одни тени, и тех было уже не разглядеть, Сергей с сожалением вернул бинокль.
На берегу над их обувью сгорбился какой-то подозрительный силуэт.
– Эй! – окликнул его Грёз, скорее, с удивлением, чем с угрозой.
Неведомый вор настороженно вскинул голову – и бросился прочь. Выйдя из воды, Сергей подобрал кеды и расхохотался. Он смеялся и никак не мог успокоиться.
