1. Вступительные замечания. Значение феномена повторяемости невозможно переоценить. Мир, где ничего не повторяется, это невообразимый и непостижимый хаос. Если бы ничего не повторялось, то ничего нельзя было бы познать и предвидеть и было бы невозможно никакое целенаправленное действие. Человек жаждет повторяемости, цепляется за нее как за спасительный якорь, он хочет увидеть или создать в окружающем его хаотически движущемся мире хоть какую-то закономерность, устойчивость и стабильность, которую дает только познание или создание повторяемости. Повторение неразрывно связано со временем, поскольку повторяющиеся ситуации следуют друг за другом на оси времени. Повторение подразумевает одновременно различие и тождество ситуаций; то, что повторяется, в некотором аспекте (том или ином, в разных случаях в разном) рассматривается как одно и то же (иначе это не было бы повторением), а в некотором – как разное (иначе это также не было бы повторением, а была бы та же самая ситуация). В самом полном смысле, буквальном, онтологическом, ничего не повторяется – хотя бы потому, что время безостановочно и неизменно движется вперед и в каждый следующий момент другое. Поэтому идея повторения возникает только в результате абстрагируюшей деятельности ума человека, находящего общее в различном и отвлекающемся от различий. Каждый язык по-своему отражает результаты этой когнитивной, познавательно-упорядочивающей мир деятельности человека. Что касается русского языка, то выражение повторяемости действий тесно связано в нем с противопоставлением СВ и НСВ. При этом видом, специализированным на повторении, является НСВ, в силу того что НСВ, обозначающий по своей инвариантной сути одно и то же положение вещей, отвлекается от того, что фактически при каждом повторении время, которое в реальности неостановимо движется вперед и вперед, разное. (Совершенно аналогично тому, как при обозначении движения—
При всей важности повторяемости и множественности онтологически первичным является отдельное и единичное, в области глагольной семантики – единичная, отдельная ситуация, единичное положение вещей. Именно отдельная ситуация представляет собой то, что (в каком-то, том или ином смысле) повторяется и от каких-то сторон которой отвлекаются в случае интерпретации ряда событий как повторения. Тем самым то, что повторяется, является не индивидуальным событием, ситуацией (которые по определению не могут повториться), но более или менее отвлеченным, обобщенным типом события, ситуации. (Для простоты мы тем не менее будем часто говорить просто о повторяющейся ситуации, событии.)
Как было отмечено выше, единичная, отдельная, определенная ситуация конституируется тем, что она занимает определенное место, «участок» во времени и в пространстве [Храковский 1989: 16–17] (в различных смыслах, в том числе и переносном). Соответственно, онтологически другая ситуация будет находиться в другом месте, в другом времени или в другом месте и времени. При этом при условии тождества времени тождество / различие пространства определяется тождеством / различием участвующих в ситуации актантов (объектов), поскольку один и тот же объект не может находиться в одно и то же время в разных местах. При этом повторение по определению всегда связано с различием во времени, события, ситуации, происходящие, имеющие место в одно и то же время – это разные, но не повторяющиеся события! В то же время именно время – это то, от чего отвлекается идея повторения в первую очередь, а именно, от того, что каждая повторяющаяся ситуация занимает определенное место на линии времени. Все, что существует, существует в определенный момент-период времени, но то, что повторяется, является неопределенным с точки зрения его временной локализации. Это логическая истина, которая вытекает из самого смысла слова
