Аранель стоял молча, пока Мейзан смотрел на небо. Хитронический барьер распадался на части, и там, где виднелось небо Майаны, оно окрасилось в золотой цвет. Хитроны тоже были выведены из строя, их бешеные потоки сталкивались, высекая сверкающие молнии.
– Я видел армию, – сказал Аранель, и в его голосе послышалось отчаяние. – Она больше, чем я думал. Сначала они собираются уничтожить Кирнос.
«А я предупреждал», – почти вырвалось у Мейзана. В Пустоте он был потрясен тем, с какой легкостью Аранель повелся на слова Зениры о кратковременной войне с минимальными потерями. Впрочем, доверчивость – в его стиле. Мейзан вспомнил их первую встречу в Марфаране и то, как Аранель не хотел причинять боль капизерам. Он всегда был наивным, почти идиотом, с точки зрения мэлини. И вот теперь эта наивность стала для него занозой в его собственной заднице.
– Я предал свое королевство, – с болью в голосе прошептал Аранель. – Я предал свое царство, Айну… и тебя. – Его голос дрожал. – Теперь ты ненавидишь меня еще больше, чем прежде.
– Я не могу тебя ненавидеть. – Мейзан на мгновение встретился взглядом с Аранелем, а затем быстро опустил глаза. – И ты не предавал меня. Мы никогда не были на одной стороне.
– Но мы можем объединиться сейчас, – выдавил Аранель. – То, что случилось в Пустоте, уже не изменить, но мы можем бороться за то, что будет дальше. Если Зенира свергнет Хранителей, все изменится. Надо восстановить хитронические барьеры, только перенастроить. Сделать их такими, чтобы невинные дети не страдали и не рождались среди насилия и голода.
«Правда?»
Аранель говорил так, словно знал все об устройстве этих барьеров, однако Мейзан сомневался. Хорошо это звучало лишь в теории. Здесь и сейчас их реальностью стала война. Война, которую развязала Зенира.
– Я знаю, что ее методы… радикальны, но ведь система, которую Хранители пытаются защитить, такая же, – продолжил Аранель. – Ты можешь сражаться вместе с нами и помочь свергнуть их. – Он потянулся к Мейзану, но, похоже, побоялся до него дотронуться. – Ты и твой клан. Зенире понадобится любая помощь, если она хочет избежать излишнего насилия. Канджаллен поможет ей поддерживать дисциплину среди бывших солдат Калдрава, а у меня была идея покрыть все оружие ядом капизеров…
– В этой армии несколько сотен тысяч солдат, – прервал его Мейзан. – Даже с Канджалленом у Зениры нет шансов контролировать их всех.
– А если королевства майани заключат с нами союз? Для начала мы могли бы убедить Кирнос и Тахамур. Если они согласятся, остальные, скорее всего, последуют за ними.
– Думаешь, вы с Зенирой сможете убедить кучку верхних присоединиться к армии Мэлина и восстать против их драгоценных Хранителей? Я не разбираюсь в политике вашего царства, но твои слова звучат как бред сумасшедшего.
– Но это наш единственный шанс! – Аранель взмахнул руками. – Шанс изменить ситуацию. Тебя все равно втянут в войну, нравится тебе это или нет, так что вполне возможно…
Он осекся: Айна зашевелилась, потом приподнялась, ощупала бок и сорвала полосу ткани, которой ее обернул Аранель.
– Куда ты? – спросил Мейзан, когда Айна отбросила окровавленную повязку в сторону и встала.
– Искать Хранителей, – хмыкнула она. – Сейчас ничто не мешает мне ходить по Майане, а они, скорее всего, тоже будут здесь. Только они могут противостоять Зенире.
– Зачем тебе… – Аранель замолчал под пристальным взглядом Айны.
– Я сотру ее в порошок, – прошипела она. – Я уничтожу каждый хитрон ее существа в этой вселенной, чего бы мне это ни стоило. И я сделаю то же самое с тобой, Аранель, если ты посмеешь помешать мне.
Она раскрыла ладонь и показала шприц с каплей темной крови. Аранель отшатнулся.
– А как же война? – спросил Мейзан. – А хитронические барьеры?
– К черту войну и барьеры, – ответила Айна. – Все это больше не имеет для меня значения.
Мейзан смотрел, как она уходит, и чувствовал, что должен последовать за ней. Ведь он обещал своему вождю защищать ее. В таком состоянии Айна обязательно совершит какую-нибудь глупость.
– Значит, Айна присоединилась к Хранителям. – Аранель покачал головой. – Никогда бы не подумал…
– Она присоединилась к Хранителям, – повторил Мейзан. – А ты – к Зенире.
– А ты? – спросил Аранель. – Ты… пойдешь с Айной?
Мейзан посмотрел на свои ножны. Несмотря на обещание, данное Канне, он мало что мог сделать, если Айна решит искать Хранителей. Зенира представляла куда бо́льшую угрозу, но с ней он вообще ничего не мог поделать.
Судьба Мейзана при хитронической системе была довольно жалкой, но он не мог понять, как Зенира сможет улучшить ситуацию. Она свергнет Хранителей, и что тогда? Займет трон в Парамосе? Эта мерзкая, коварная женщина была готова стереть любую душу ради своих целей. По мнению Мейзана, она была хуже Калдрава, который, по крайней мере, не строил из себя добродетельного святошу.
Нет смысла свергать систему, если замены для нее нет. Мейзана не убедили ни методы Зениры, ни наивный план Аранеля.
