При виде Мейзана Айна зарычала, словно загнанный в угол зверь. Ее кейза потускнела и завращалась в ту же сторону, что и у Мейзана.
– Айна… – Голос юноши дрогнул.
Что он мог сказать? Как он мог рассказать девушке о ее матери?
– Ты! – Руки Айны сжались в кулаки. – Ты был там и позволил этому случиться!
– Что?..
– Я все видела! – закричала Айна, и ее лицо исказилось от ярости. – Я проецировалась в Пустоту. И ты был там, с ней. Как ты мог позволить этому… – Она бросилась на него.
Мейзан отшатнулся и перехватил ее руки, когда она стала бить его по груди.
– Ты должен был защитить маму! – Глаза Айны налились кровью, по щекам текли слезы.
– Ты должен был остановить Зениру!
– Я не знал, что…
– Ты был ее правой рукой!
Мейзан позволил Айне ударить себя – он был слишком ошарашен, чтобы как-то среагировать, и к тому же… девушка права. Он должен был найти выход. Помешать вождю пожертвовать собой.
– Она доверяла тебе! Если ты не мог остановить ее, должен был сам броситься под удар!
Мейзан молча опустил голову, его пальцы стиснули пустые ножны.
– Скажи что-нибудь! – Айна схватила его за грудки и встряхнула. – Скажи что-нибудь, черт тебя побери!
– Ты права, – прошептал Мейзан. – Я подвел ее…
Девушка ударила его по лицу. Боль пронзила челюсть, но это было ничто по сравнению с агонией в его сердце.
За все это время Канна стала для него не просто вождем. Она спасла его от горечи и страданий жизни, взяла его под свое крыло, наставляла его и дала ему цель. Они не были связаны кровным родством – и все же Канна рисковала войсками Канджаллена, чтобы спасти его из Кауфгара. А теперь ее не стало. У Мейзана осталась только лишь ее дочь – девушка, которая желала, чтобы он навсегда исчез из этой вселенной.
«Но это не только моя вина, – сказал себе Мейзан, когда Айна ударила его кулаком в живот. – Она, идиотка, вонзила в себя шприц, чтобы открыть проход в Пустоту. Поверила этой стерве Зенире!»
Мейзан увернулся от следующего удара и пинком отправил девушку на траву.
– Ничего бы не случилось, не будь ты такой дурой! – рявкнул он. – Мы шли, чтобы спасти тебя, Айна! С самого начала твоя мать пыталась защитить…
– Думаешь, я этого не знаю?
Девушка выпустила еще один взрыв энергии, более темный и мощный, чем все, что раньше исходило от нее. Она не применяла ченнелинг, а лишь бездумно высвобождала свои хитроны. Они обрушились на Мейзана потоком гнева и горя, усиливая его собственные страдания. Не в силах больше выдерживать душевную боль Айны, Мейзан воздвиг хитронический щит.
Айна снова стала мэлини, но в этот раз несла в себе намного больше ненависти и боли, чем многие в этом царстве. Она вскочила и снова яростно бросилась на Мейзана. Тот быстро увернулся, но под ее непрерывными атаками его щит стремительно слабел.
Он не знал
Юноша уклонялся от ее ударов, а затем послал свои хитроны, чтобы создать щит вокруг самой Айны, сдерживая ее атаки. Хитроны Айны соприкасались с его хитронами, злобно жаждая мести.
И тут Мейзан услышал позади себя приближающиеся шаги. Айна издала звериный рев, щит разлетелся вдребезги, и она бросилась мимо Мейзана, выбрасывая из ладони темную энергию в форме когтя.
Девушка буквально впечатала Аранеля в дерево.
– Ты! – прорычала Айна. – Ты, чертов предатель! Гребаный сукин сын! И как я могла… – Она издала яростный крик, и ее хитроны плотно сжались вокруг горла майани.
Кровь хлынула изо рта Аранеля, но он не сделал ни единого движения, чтобы отбиться или вырваться.
– Айна… Мне так… жаль.
– Я уничтожу тебя за то, что ты сделал! Сотру каждый хитрон твоей души!
– Айна… подожди… это не ты.
– Не я… потому что от меня больше ничего не осталось! – Голос Айны сорвался, а из глаз потекли слезы.
Коготь сжимался все сильнее. Дыхание Аранеля стало неровным, а пальцы судорожно хватались за шею.
– Все, чем я была, все, что я делала, было ради того, чтобы снова быть с ней! А ты уничтожил ее! Ты и эта гребаная ведьма!
Ее хрупкие плечи дрожали, а хитроны на шее Аранеля сжимались все крепче.
«Этот идиот сейчас сознание потеряет».
Мейзан обхватил Айну сзади, и Аранелю удалось освободиться. Два мэлини покатились по земле, пытаясь одержать верх друг над другом, и в это время Аранель всадил в плечо девушки шип капизера. Глаза Айны закрылись, Аранель подхватил ее и положил на землю. Затем он оторвал полосу от своей туники, перевязал рану девушки на боку и повернулся к Мейзану.
– Мейзан, мне жа…
– Не надо.
– Но я никогда не хотел…
– Неважно, что ты там хотел, – отрезал Мейзан. – У нее была кровь вандрагора. Вмешался бы ты или нет, Зенира все равно бы сделала то, что задумала. Глупо было надеяться, что мы сможем ее остановить.
